Маркуса магией отбросило прямо к моим ногам. Как удачно!

— Я так просто этого не оставлю, — заверещал он почище банши.

Знавал я одну. Риган помогала мне с поиском решения потерянной души. Надо будет познакомить их с Эрикой.

Похлопав парня по плечу и веря его словам, я сказал ему всего лишь одно слово. Он попытался меня ударить, за что снова получил по клюву. Ничему его не учит жизнь. Схватив его за загривок, придал ускорения в сторону двери. Подпевалы подхватили его под руки и выбежали из таверны.

Скатертью дорога, но безопасной она не будет.

Я прочитал его мысли. Паскуда. К девушкам он относился, как к игрушкам. Поколачивал своих любовниц и не чурался унижений. Благородным рыцарем я не был, но уважение к женщинам имел всегда. Ведь одно такое создание подарило мне жизнь и приложило немало усилий, чтобы отправить меня в школу магии, работая на трёх работах. Второе создание, к которой я проникся, — моя наречённая сестрёнка, что стала смыслом жизни для Ориона. Ещё одно прекрасное создание заставляло каменное лицо Бастиана вспоминать, что такое улыбка. Моя искорка, моё пламя, что рассеивает самую тёмную ночь, за неё я сравняю города с землей, если потребуется.

Я видел, как он лишил Эрику девственности, и единственное, что меня остановило от того, чтобы не воплотить в жизнь ритуал кровавого орла, так это психическое состояние любимой, а руки, однако, очень чесались. Раз такой любвеобильный, это и станет твоей изнанкой медали.

Эрика тяжело дышала. Она потушила пламя в своих руках и бросилась в мои объятия.

— Спасибо, любимый. Ты не представляешь, как мне полегчало.

Я прижал её посильнее к себе и поцеловал в макушку. Поверь, огонёк, я представляю.

Она обратила на меня свои изумрудные очи, в них ещё плясало пламя и веселье. Она задала вопрос, который выбил устойчивость из моих ног.

— А что такое Эладо?

Разорвав пространство миров и прижав покрепче искорку, я надеялся, что у Бастиана всё пройдёт куда спокойнее, чем у меня. Но зная его настоящего, крови будет много. Мы шагнули в портал навстречу морозному воздуху и надежде на счастливое будущее.

Бастиан

Я наблюдал в окно, как Талия, делает шестой круг по саду. Переведя взгляд на стол, тяжело вздохнул. Десятки пергаментов лежали горой нетронутыми. Отчётность после жатвы, которая не принесла своих плодов. Сдержать бешеных всадников оказалось тяжелее, чем я думал. Плечо всё ещё ломило после того, как Уль пробил его мечом насквозь. Состояние солдат во время тренировок отличается от того, что происходит во время гона. Они становились, как говорили северяне, — берсерками. Бесчувственными, озлобленными, неконтролируемыми. Меня бы собирали по частям, если бы Малакай не подоспел вовремя.