— Умница, — Людвиг опустил Амелину на ступеньку выше, чем стоял сам, так, что их лица оказались практически друг напротив друга. — Хорошие новости, Мышонок, тебя тут точно не съедят. Всемилостивый не допустит. Поэтому не стесняйся демонстрировать свой оберег. Плохие новости: от прочих бед, кои могут случиться с хорошенькой молоденькой девушкой в этом прибежище разврата, он не защитит. Почему ты тут?

— Не знаю… Мы искали королевского архивариуса, чтобы он сказал, куда спрятал книгу… потом «Братья солнца», оборотни, беспокойники...

— Кто-то подставил тебя, Мышонок, — казалось, Людвиг ее не слушал, задумчиво почесывая подбородок. — Выбраться отсюда живой будет почти невозможно. Если представится шанс — проси легкой смерти, — серьезно посоветовал он. — Если кто-то будет мучить — позови меня. Твою жизнь я не спасу. Не жди. Но от боли и позора могу попробовать уберечь. Если, конечно, тобой лично Магистр не заинтересуется. Будь сильной, Мышонок, но никому не доверяй.

— И вам? — спросила Амелина чуть охрипшим от волнения голосом.

— Мне в первую очередь. Вампиры сентиментальны. Ты напомнила одного человека, который когда-то был мне дорог, но это не делает меня другом. Я не готов ради твоего спасения жертвовать своими интересами, хоть мне тебя искренне жаль. Понимаешь? Кроме того, та необъяснимая симпатия ко мне, что у тебя, я почти уверен, возникла — вампирские чары. Ничего больше. Если сконцентрируешься на себе, сможешь противостоять. Не у всех получается, но ты сможешь.

Амелина кивнула. Действительно, она испытывала к этому существу симпатию, но не считала это следствием колдовства. Скорее, ей импонировали попытки проявить доброту и успокоить, хотя причин оставаться спокойной у нее было все меньше и меньше. Амелина послушно шла рядом с Людвигом, чувствуя себя так, словно идет на казнь. На болезненную и мучительную казнь.

В самом конце коридора на третьем этаже Людвиг замер перед одной из дверей и, сделав глубокий вдох, легонько постучал. Амелина ничего не услышала в ответ, но увидев, как вампир потянулся к дверной ручке, поняла, что ему ответили.

— Доброй ночи, Магистр, — войдя внутрь, Людвиг учтиво поклонился мужчине, сидящему за письменным столом с книжкой в руках.

В кабинете было тепло и уютно, горело множество свечей, убающивающе потрескивали дрова в камине и пахло пряным горячим вином, которое так приятно пить в непогоду, завернувшись в пушистый плед и читая очередную книжку. Амелина понуро опустила голову. Она вспомнила, как любила проводить время в такой вот обстановке в родном замке, и подумала о домашних. Что случится с семьей, когда они узнают, что Амелина бесследно пропала? Хотелось верить, что в порыве гнева отец не наделает глупостей и не обвинит во всем Зака или Эдварда. «Кто-то тебя подставил…» — слова Людвига всплыли в памяти, заставив на мгновение задуматься, что он имел в виду.