— Сегодня тебя не спасет ни твой принц, ни сам Магистр, — вкрадчиво произнес он, наклоняясь. — И каждый из этих ребят получит шанс насладиться принцевой невестой. А после я сожгу тебя живьем, привязав вон к тому сухому дереву. Пусть люди думают, что женишок постарался.

Амелина отвернулась. «Братья солнца». Неужели господин Шлонце связался с Магистром проклятого ордена? Ведь когда-то он был учеником главы «Истинной веры», того самого, что предал короля и убил мать Зака. Его ораторские таланты, теперь Амелина в этом не сомневалась, носили магический характер. Шлонце запросто мог манипулировать учителем, внушая мысли о мятеже. Амелина зажмурилась. Щеки пылали от обиды за собственную доверчивость. Она ведь любила его, любила, как родного. Мудрый и рассудительный дядюшка. Почти отец…

— Молчишь? — Мариус ощерился. — Проси пощады, ничтожество.

Он замахнулся с намерением ударить. Амелина зажмурилась, старательно вспоминая всевозможные легенды и сказания об отважных героях и добродетельных девах, с достоинством переносивших лишения и даже пытки. Не помогло. Сердце, бившееся в груди словно застрявшая в дымоходе птица, грозило выскочить наружу и прервать ее страдания еще до их начала. Секунда, вторая, третья… Удара не последовало. Вместо этого раздались удивленные возгласы мужчин и отборная брань Мариуса. Амелина открыла глаза. Ее обидчик, скрючившись, валялся поодаль, поскуливая как поганый пес, отведавший хозяйского сапога.

— Руку, миледи, — она, щурясь, смотрела на спасителя. Распознать его мешало светившее прямо в глаза солнце, но голос показался знакомым. — Ну же, леди Амелина…

— Людвиг?

Если Амелина и ждала помощи, то явно не от малознакомого вампира, который, хоть и был с ней учтив, все же являлся другом Магистра.

— К вашим услугам, миледи, — Людвиг поклонился и, крепко прижав Амелину к себе одной рукой, второй поудобнее перехватил меч. — Какой же ты жалкий, Мариус.

— Какого демона ты лезешь не в свое дело, Сильберштайн?! — прорычал Мариус, потирая разбитую скулу. — Убирайся!

— Как грубо, — Людвиг пренебрежительно скривился, успокаивающе поглаживая вздрагивающую Амелину. — Насколько мне известно, Магистр запретил приближаться к миледи. Да и негоже дворянину проходить мимо, когда кучка недоносков издеваются над благородной девушкой.

Он усмехнулся, обнажив удлиненные клыки. Это произвело должное впечатление: мужчины замерли, неуверенно переглядываясь между собой и не решаясь напасть на нового для них противника.

— Чего вы ждете? — рявкнул Мариус, растеряв остатки самообладания. — Это всего лишь заносчивый глупый вампир. Взять его!