Катарина не знала, как вести себя с этими людьми. Кажется, кто-то из них имел дела с ее отцом, а о его знакомых она была невысокого мнения. Они могли замышлять против Сунлиня все что угодно. Возможно, они и проделали весь этот путь, чтобы избавиться от него.

– Вы здесь главный? – Писчий Люй Шен, похожий на огромную разъяренную птицу, устремился к Катарине. – Вы должны отправить людей наружу – на его поиски. Возможно, он выжил!.. – Его мантия развевалась как крылья. – Он нам нужен, понимаете?! Ну-у-ужен!

Он схватил Катарину за грудки и попытался встряхнуть, но не успел… Размытая тень промчалась через весь лазарет. Свечи потухли, а травы, бумага и нитки разлетелись в разные стороны. Аромат влажного после дождя леса стал гуще и насыщеннее. Словно из воздуха рядом с писчим возник Сунлинь. Он сжал его запястье, заставив Люй Шена скривиться от боли.

– Повелитель Призраков… Тот самый…

Шепот юного алхимика в звенящей тишине звучал подобно грому.

Убрав старческую руку от Катарины, Сунлинь медленно развязал ленты, снял маску и повторил слова писчего:

– Возможно, выжил… Смотря для чего он вам нужен…

– В-ваше высочество? – Писчий вдруг упал на колени, и двое других министров последовали за ним. – Долгих лет наследному принцу!

Уткнувшись лицами в пол, они продолжили отбивать поклоны под жуткие завывания вьюги. В окно будто что-то с силой врезалось. На краткий миг Катарине показалось, что она видит прижатое к стеклу лицо. Белая кожа, алые губы, черные, торчащие как мех волосы и два острых ряда зубов.

Дайске произнес заклинание, заставляя погасшие свечи вспыхнуть вновь. Тут же за стенами башни раздался жуткий визг, и пугающее видение исчезло.

Сунлинь незаметно погладил Катарину по спине, словно хотел подбодрить.

Шанюань тоже начал опускаться на пол, но скривился от боли. Катарина попыталась усадить его на койку, но алхимик сопротивлялся – непременно хотел выразить свое почтение выжившему наследному принцу.

Сунлинь величественно махнул рукой, превращаясь в недоступного короля из далекого-далекого дворца.

– Встаньте. Это не дворец. Ваши церемонии тут никому не нужны.

Айми, которая до сих пор не пришла в себя, во все глаза рассматривала принца. Катарина едва удержалась от того, чтобы не дать ей пощечину.

Сюли тоже выглядела шокированной. Какое-то время переводила взгляд с Сунлиня на Дайске, а потом, прерывисто вздохнув, устремилась к выходу.

– Я… пожалуй… принесу еще еды…

Сунлинь повернулся к Айми.

– Вам тоже лучше уйти.

Катарине показалось, что сароен хочет поспорить, но под тяжелым взглядом Сунлиня стушевалась и послушно посеменила за Сюли.