Катарина быстро объяснила:

– Он умирает. Мне нужно вычистить все раны, а затем наложить особую мазь. Но до этого он может не дожить. Ты должен наложить застывающее заклинание.

– Разве это не убьет его окончательно?

– Это его единственный шанс. Иначе он точно не выживет.

Шанюань кивнул и закусил губу. С сосредоточенным видом он принялся складывать пальцы и ладони в нужные жесты и чертить прямо над командующим формулу. Вскоре Фао Рэн был окутан, словно коконом, мерцающим ярко-голубым заклинанием. Оно дрожало и трепыхалось, ярко сияя и освещая едва ли не весь лазарет.

Катарина погружала пальцы в холодную субстанцию и одну за одной вынимала нити и кусочки грязи, оставшиеся в ранах. Заклинание действовало и на нее – руки словно сковывало холодом. Пальцы посинели и не слушались, но она упорно продолжала. Поскорей бы вернулся Сунлинь. Он бы согрел ее в нестерпимо обжигающих объятиях…

– Я закончил…

Она отложила пинцет и посмотрела на Шанюаня. Алхимик, не выдержав, уснул тут же, прямо на полу, облокотившись спиной о другую койку, где спокойно дышал пострадавший в бою солдат из стражи его отца.

Дрожа от холода, Катарина встала за мазью, которую готовила для Дайске. У нее оставалось еще немного – должно хватить для самых серьезных ран. В памяти тут же всплыли подробности той ночи, когда она вместе с Сунлинем искала высаженную Чжиеном мандрагору. Ночь, когда она подслушала тайные мысли принца. Боги!.. Зачем ее любовь настолько сильна? Почему жажда настолько неутолима?

Катарина принялась копаться в тайнике, который уже сделала сама. Мазь надлежало хранить в сыром и холодном темном месте, чтобы она чувствовала уединение кладбища. Даже будучи лекарством, ингредиенты тянулись к привычной среде.

Спрятавшись за ширмой, Катарина раздраженно перебирала склянки в тайнике, выбитом в стене. Отложив бутыль с водой из озера Короля Мертвых, Катарина нечаянно задела рукой вещевой мешок принца. Он упал на пол, и наружу высыпались лежащие внутри вещи.

Ругая себя последними словами, Катарина опустилась на колени и принялась складывать все обратно. Большинство из его поклажи она уже видела и даже успела хорошенько изучить. Но что это такое?

Из тайного кармана, который она прежде не замечала, выпало несколько красивых длинных конвертов из золотисто-зеленого шелка. Развязав нить, Катарина осторожно вытащила лист дорогой шелковой бумаги. Следом выпало еще несколько.

Почему-то ей было страшно и волнительно. Кому предназначались эти письма? Почему Сунлинь хранил их в потайном кармане? Почему ничего не сказал ей? Он… что-то скрывает?