Не сказав более ни слова, Ледяная Демоница отвернулась и шагнула к окну. Ее одежды вновь превратились в облако, надуваясь шелковыми пузырями. Просочившись наружу, она полностью исчезла из вида.

Еще несколько мгновений Катарина стояла в оцепенении, а потом ринулась к окну и быстро защелкнула ледяную задвижку. Даже смотреть на командующего было стыдно, но Катарина упала рядом с ним на колени и принялась вытирать покрытое черной гнилью лицо.

После поцелуя его кожа посерела, щеки впали. Весь он напоминал высохшую мумию. Катарина прижала ладонь к губам. Это она… Это она с ним сделала!

Пытаясь загладить вину и осознавая, что это не более чем лицемерие, Катарина вновь начала обрабатывать раны Фао Рэна. Она возилась с каждой раной так, словно от лечения именно этой зависела его жизнь.

Сколько времени прошло, Катарина не знала. Она не понимала, что творится вокруг, кто находится рядом, пока Шанюань не коснулся ее локтя.

– Гос… госпожа… господин Рэйден! Неужели вы не отдыхали?

Катарина посмотрела на него невидящим взглядом и оттолкнула от себя мужскую руку. Она преступила невидимую черту, за которой лекарь становился убийцей. А ведь когда-то она обещала себе лечить людей независимо от их статуса, богатства и тяжести болезни. Она обещала себе, что будет бороться за каждого. До последнего. Но сегодня она смалодушничала. Пожертвовала неважным для нее человеком ради… Она даже не знала, ради чего! Кто ее прислал? Сунлинь, ставший Повелителем Призраков? Или Король Смерти, таящийся под чужой личиной? А может, еще кто-то, ей неведомый?

– Вы не сможете ему помочь… Он умирает. Даже я это вижу.

– Меня не волнует, что ты видишь!..

Катарина сосредоточилась на ранах командующего, не видя больше ничего вокруг.

Она использует, все самые лучшие и сильные мази, какие у нее только есть. Пусть это будет лишь пустая трата ценных ингредиентов.

Шанюань не унимался, маяча рядом.

– Алхимия ему не помогает и уже не поможет. И ваше мастерство тоже бессильно. Удивительно, как он вообще еще держится… Лишь ваши усилия заставляют его цепляться жизнь. Но, может… не стоит его больше мучить?

Катарина зло посмотрела на него.

– Если тебе нечем заняться, иди и продолжи перевод!

Ее усилия… Она его убила. Пусть и не своими руками.

Катарина не знала, сколько времени провела у тела командующего. Шанюань вернулся к расшифровке, а за окном стало совсем светло.

Неожиданно дверь распахнулась, и в лазарет вбежал тощий долговязый юноша. Его лицо было покрыто грязными разводами и отчетливыми дорожками слез. Как и все крестьяне, он сутулился и умудрялся смотреть снизу вверх, даже будучи намного выше собеседника.