Я не отведу взгляда, а потом сделаю еще один глоток и верну ему кубок.

– Такая вероятность была, – отвечу я. – Но вероятностей было так много, Артур. И Гвен и Ланселот… В одном из вариантов будущего ты упал со скалы из-за стаи бабочек, и даже он выглядел куда более вероятным, чем тот, где они…

 Я не смогу договорить, и Артур смягчится.

– Прости. Я позвал тебя сюда не за тем, чтобы поговорить о твоих видениях. – Он покачает головой. – Когда мы уплыли с Авалона, я думал, что могу доверять вам всем. И ошибся. Ошибся во всех, кроме тебя. Только тебе я могу доверять, Эл.

 Я сделаю глубокий вдох, собираясь с силами, – мне никогда не приходилось делать этого рядом с Артуром.

– Сейчас мы с тобой говорим как друзья… или как король и его провидица? – осторожно спрошу я.

– Как друзья, – ответит он без запинки. – Я не… я не собирал двор с тех пор, как это случилось. Никого не хочу видеть. Они так смотрели на меня…

 Он закроет рот и снова качнет головой.

– Как друзья, – повторит он с нажимом. – Как-то раз Моргана сказала, что я должен запереть свое сердце на железный замок. Охранять его. Она говорила, что если кто-то заберет у тебя сердце, то он заберет тебя всего, а любовь – вещь непостоянная. Она изменчива.

 Он засмеется, резко и горько. Но еще в этом смехе будет и капелька нежности.

– Это так на нее похоже, не правда ли?

 И в горле моем вдруг тоже забулькает смех.

– Я никогда не знала, как воспринимать этот ее совет. – Я снова потянусь к кубку, и Артур отдаст его мне. – Советы Гвен всегда были лучше. Она так долго сопротивлялась. Так долго не хотела отдавать тебе свое сердце.

 Он нахмурится.

– У меня его никогда и не было, – заметит он. – Может, ей вообще нечего было отдавать.

 Я замолкну. Если бы здесь была Моргана… или Гвен…. или Ланселот… но мы с Артуром будем сидеть одни. Никто не расскажет ему правды, никто не станет с ним спорить. Никто не осмелится говорить так с королем. Останусь лишь я. И потому…

– Гвен любила тебя так сильно, как только могла.

 Он тут же нахмурится еще сильнее.

– Она говорила, что я слишком многого от нее жду, – скажет он. – Но я ведь немногого просил, Элейн. Любви. Верности.

– А как же твоя верность, Артур? – прошепчу я так тихо, что слова мои утонут в искрах догорающего камина.