Нет, это не страсти и даже не страстишки. Но больные места точно. Очень болезненные. И очень слабые, уязвимые. Мешающие.

— Да, он виртуоз, мой Грех, — снова улыбнулась Арика, прикрыв глаза. — Ну что ж, я благодарю за помощь. Жаль, что ты не хочешь остаться. Но каждому, наверное, действительно своё. Езжайте же, аэра Кайран. И знайте, что наше благословение с вами.

Лан поклонилась — слава всем духам, в последний раз. И не заметила, как шевельнулась портьера за её спиной.

Даймонд отступил, задев локтём аэру в ослепительно-алом платье. Но даже извиниться не успел.

— Аэр Натери! — вцепилась остренькими ноготками в его рукав вроде бы обиженная дама. — Как же я рада вас видеть! Вы снова где-то пропадали по вашим таинственным делам, оставив нас буквально сиротами. При дворе так скучно-о. Просто умоляю, станьте моим партнёром в картах. Всем, кто с вами играет, сказочно везёт!

— Ну, я же настоящий виртуоз в игре, — усмехнулся Грех, накрывая лапку аэры своей ладонью.

Глядя в напряжённо выпрямленную спину уходящей Лан. Натери знал — она не обернётся.

Вместо эпилога

Вместо эпилога

Иногда бывает и так. Вы встречаетесь. И ещё даже не поняв, какого цвета её глаза, как изогнута верхняя губа и заплетены волосы, понимаешь: ну, здравствуй, судьба…

Да наверное, случается и так. Но бывает по-другому. Вспомнишь, как именно? Ха! Как будто забывал. Что усмехаешься, рожа? Можно подумать, ты мне нравишься. Но никого другого тут нет, терпи. Твоё здоровье!

Мне восемнадцать лет — восемнадцать! — втолковывали, будто трон достался брату по ошибке. Что Натери необразованный варвар, не понимающий выгоды. Не разбирающийся в политике, не видящий дальше своего носа. Но я же другой, меня воспитывали лучшие умы Герронты. И ещё советники короля, сам король, сын короля, любовница короля, его мать и тётка. Умей любимая легавая короля говорить — и она бы воспитывала. А как по-другому? Узкое Горло — это тебе не просто пролив между материком и Островами. Это стратегический объект. И Архипелаг — не груда скал, а экономико-политико-военное преимущество, чтоб им потонуть…

Налить? Давай налью, у самого пусто.

Вот до сих пор одного не понимаю: стоит гордиться, что восемнадцать лет держался? Или это меня на цепи восемнадцать лет держали, дожидаясь удобного момента? Да и духи с ними, какая теперь разница? Главное, что он настал, момент этот. Аран увяз по самые уши, грызясь со всеми, до кого дотянуться мог. А тут как раз у братика юбилей, главы кланов собрались. Всего-то и нужно открыть двери, когда все упьются. Ну, может, ещё отвернуться вовремя. Всё же резня — это не то, что хочется в кошмарах видеть. А наёмники, до времени в пещере под островом прячущиеся, побоище знатное устроили бы.