Ну да. Скажешь кому — сдохнут от хохота. Малявка, обдирающая юбку, решает судьбы государств. А ведь решила же, паршивка! Имей Герронта проход по Горлу, хренов бы тачку Сейла получила, а не победу при Караге[18]. Может, сейчас и не было уже никакого Арана. Ну, за здоровье Её Величества Арики. Пусть её судьба никогда не зависит от девчонки.

Помнишь, о чём подумал, когда увидел это рыжее недоразумение? Конечно, помнишь, был же там. Не подумал даже, а очень живенько себе вообразил. Вроде и не видел никогда детей с размозжённой головой. А, поди ж ты, мозги, лезущие из-под сломанных косточек, представились мигом. Может, и что похуже. Хотя, мала она для «похуже». Да ладно, и так хватило.

И будто щелчком камешки сдвинула. Уже кругом и не какие-то абстрактные элвы, до которых мне дела нет. Реальными они все оказались. И тот самый трон, на котором братец рыжую задницу устроил, увидел тоже. Живописная картинка получилась. Ступени, залитые кровью, заляпанные дерьмом. Трупы — женщины, дети. И я весь в белом.

Короче, двери так и остались закрытыми. И всё из-за одной малявки.

Давай, выпьем. Вот чего у нас сейчас много, так это вина. Хоть топись.

Второй раз… Нет, когда я встретил её второй раз, ни единой мысли про какое-то там предназначение не мелькнуло. Впрочем, в третий тоже. Не педофил же, в конце концов! Но второй раз было гениально! Достойно пера трагика. Чего морду кривишь? А то я не знаю, что ты это вспоминать не рвёшься. И зря. Очень стимулирует любовь к жизни.

На каком это острове я очутился? Не Таллесс, точно. И не Гхарре. Что-то поменьше, но с портом. Да неважно. Главное, что тогда твёрдо решил сдохнуть. А чего ещё остаётся? Никому не нужен, никто не любит, податься некуда. Денег — ни монеты. Через дырки на штанах задницу видать. Примостился на солнышке, жду, когда всё кончится…

С чего это тормозить? Такие воспоминания стоит и залить. Думаешь, тебя корчит, а мне приятно? Ладно уж зубами скрежетать. Пережили. Благодаря ей и пережили.

Сколько Нопаль тогда было? Лет десять, что ли? Не больше — это точно. Худая, как ветка, голенастая. И косички по-прежнему торчали. Только подлиннее стали. Сама — углы сплошные: коленки, локти да рёбра. Зелёная, словно горох. Рука на перевязи, на лбу ссадина. И сабелька на боку. Видать, специально под девчачий росточек перекованная.

Нет, я бы её и не узнал. Просто слышал, как рыбаки говорили, что корабль самого Ланара причалил. Нарвался на исилойцев. Потрепали его изрядно, от команды едва половина осталась, но добычу взяли знатную. Так что, не понять, кто эта рыжая, сложно. Даже на Островах не так много раненных малявок разгуливает. Да ещё с такой шевелюрой. Хоть с соображалкой у меня тогда совсем туго было, но до этого додумался.