И как он простил меня после того, как я солгала ему.

А теперь он ушел. Свеча его жизни была задута.

Теперь все мои воспоминания останутся именно воспоминаниями, и ничем больше. Мне никогда не удастся добавить к ним новые – потому что в них больше не будет Леандера.

Где же он сейчас?

Я слышала много историй о смерти. О том, как человек после смерти попадает в Рай или в Ад, в зависимости от того, была ли душа его исполнена чистоты или скверны. О том, что он может возродиться после смерти – в качестве животного, растения или камня. О том, как душа возносится в ночное небо и превращается в сияющую звезду, наблюдающую сверху за оставшимися на земле близкими. Или о том, как смерть приносит с собой лишь бесконечную холодную тьму, заставлявшую забыть все хорошее.

Я не знала, чему верить, – но искренне надеялась, что последнее было лишь страшной легендой. Мой брат заслужил счастливую загробную жизнь. Он заслуживал всего самого хорошего. Только не холодную пустоту!

Из мрачных мыслей меня вывел настойчивый стук в дверь. Я открыла глаза, из которых все еще текли слезы, и огляделась по сторонам. За окном было темно, но в камине потрескивал огонь. Из-за духоты я вспотела, но теперь это не имело никакого значения.

Я посмотрела на Люсифера. Его лицо частично находилось в тени, но я все равно смогла прочитать застывшее на нем выражение тревоги, ужаса и печали. Он страдал, потому что я страдала.

Он чувствовал мое горе, мой гнев, мою вину – и понимал, что я сейчас переживаю, хотя самому ему и посчастливилось такого не пережить. Теперь он останется со мной столько, сколько я буду в нем нуждаться. Он не скажет мне ни слова, если я вдруг решу остаться лежать в его кровати еще целую неделю – а то и целый месяц.

Я попыталась на мгновение скрыть свою скорбь и выразить ему одним взглядом всю свою благодарность. Мне не хотелось, чтобы он проходил через то же, через что сейчас проходила я. Он не должен чувствовать себя виноватым. Ведь это я не смогла предотвратить смерть Леандера, а вовсе не он.

Тем не менее, как ни корила я себя за корыстные мысли, я была благодарна Люсиферу за то, что он не оставлял меня наедине с моими чувствами.

Дверь открылась. Вошли Астра и Леннокс. Они до сих пор не переоделись, а раны их были обработаны лишь поверхностно. На левую руку Астры была наложена толстая повязка, а под облегающей рубахой Леннокса также виднелась белая, чуть кровящая ткань. Он держал поднос с водой, хлебом и колбасой, который молча поставил на тумбочку рядом с кроватью.

Астра присела на край кровати. Она не спросила, как у меня дела; при виде моих слез это, вероятно, и вправду было излишним. Вместо этого она протянула ко мне руку, но та в последний момент повисла в воздухе. Астра знала, что я не вынесу сочувствия – ведь оно лишь сделало бы смерть Леандера еще более явной.