Содержимое фляги заканчивается в прихожей. И этого ей достаточно. Она достает маленький коробок, медленно вытаскивает оттуда длинную спичку, зажигает ее и немедля ни секунды бросает на пол. Огонь стрелой мчится по ее следу, перекидывается на ковры, шторы, шкафы. Вскоре все охвачено черным дымом и ярким пламенем.

Ольга медленно спускается с крыльца. Ее лицо ровно и холодно, мелькает лишь легкая блаженная улыбка. Она разворачивается лицом к пламени любуется им и слушает, как люди в доме кричат от ужаса, зовут на помощь, задыхаются от едкого дыма, горят в адском огне.

Вдали от дома, с котомками остаются Аня и дядя Вася. Аня рыдает на плече у пришибленного дяди Васи, он закрывает руками глаза и громко молится.

Ольга не прибавляет в шаге, в совершенном спокойствии бредет в сторону леса.

Варя видит, как из дома выныривает огромная темная фигура. Варя оборачивается и кричит Ольге, пытаясь предупредить, даже зная то, что никто ее не услышит.

Словно почти не тронутый огнем, но тяжело стоящий на ногах, он стремительно догоняет жену. Ольга не слышит его шагов, она вообще не слышит ничего, кроме мольбы о помощи от тех, кто предал ее. Он приближается к ней вплотную и безжалостно хватает за взбитую копну волос. Босые грязные ступни отрываются от земли. Он швыряет ее на землю, как грязь. Она падает, но тут же встает. Он кидается на нее снова и избивает так сильно, что остаться живой у нее почти не остается шанса. Ольга, бесчувственно, не произнося ни звука, движется, отползает дальше от разъяренного зверя.

Ярость красных бесноватых глаз доходит до пика. Он снова цепляется за волосы и волочит ее глубоко в лес, оставляя за ней след алой, смешанной с черной копотью крови. Ольга безжизненно волочится за ним, не сопротивляясь, удерживая одной рукой свою голову, в последней попытке вырвать волосы из его рук. В ее глубоких глазах, отражающих луну и огонь, одно только огорчение, от того, что ей так и не удалось его сжечь.

Он тащит бледное худое тело через траву, кусты, по неровной дороге. Частями, с когда-то прекрасной девушки, слезает кожа. Волочатся изорванное в клочья когда-то голубое платье.

У чистой глади темной воды заканчивается кровавый путь. Здесь вольно простирается камыш, а рядом с мостиком у реки плачет огромная ива, отбрасывающая тень даже в кромешной ночи. Они оба молчат. Лишь иногда доносится в мертвом застоялом воздухе короткий стон Ольги, громкое мерзкое дыхание дикого зверя.

Он бросает ее на деревянный мостик. Глухой стук. В считанные минуты он падает к ней и огромными темными руками, схватившись за ее израненное горло, утаскивает ее под воду.