Жена купца, для которой Кайе предстояло обновлять гардероб, приняла их радушно – видимо, слухи o мастерице из Заводья уже разошлись среди зажиточных горожанок. Эрлинг послушно ответил на несколько полагающихся при знакомстве вопросов, вежливо отказался от угощения, шепнул Кайе, что будет ждать ее внизу у крыльца, закончив дела,и поспешил на лесопилку.

   Время пролетело быстро. Нужную древесину для отделки мыльни он нашел без труда, куда больше усилий ушло на то, чтобы сторговаться о подходящей цене и о доставке драгоценной доски в надлежащих условиях. Но в конце концов они с управляющим ударили по рукам, подписали купчую и бумагу об уплате залога, и Эрлинг, окрыленный удачной сделкой, заторопился к дому купца, где они условились встретиться с Кайей. Ее ещё не было во дворе, а значит, он подоспел первым. Через некоторое время пришлось уже притоптывать на месте, основательно подмерзая. Любопытно, допускают ли приличия, принятые в городском обществе, чтобы муж вваливался в чужой дом за своей женой?

   Позади вдруг раздался удивленный возглас.

   – Эрлинг! Ты ли это?

   Обернувшись, он некоторое время глупо моргал, не сразу узнав в дородной, румяной женщине, закутанной в теплую лисью шубу, свою бывшую квартирную хозяйку, несостоявшуюся невесту и уже совсем не вдову Лору Манфрид.

   – Вот так встреча! Так ты все ещё здесь, в Декре? А я-то все гадала, куда ты так внезапно пропал?

   Οна устремилась навстречу, радостно улыбаясь; пpильнула к нему, обхватила за плечи, привстала на цыпочки и, ничуть не смущаясь, расцеловала – в одну щеку, в другую, а затем прямо в губы. Эрлинг, слегка опешив, попытался деликатно отступить, но Лора, вцепившись в ворот его телогрейки еще крепче, потянула его на себя и дохнула теплом прямо в ухо:

   – Я скучала по тебе. Где ты теперь живешь? Я сегодня свободна до самого вечера, может, заглянем к тебе на чашечку сайхемы?

   – Прости, Лора, но я не могу, - наконец совладав со смятением, произнес Эрлинг и мягко, но уверенно отстранил от себя бывшую любовницу. – Я теперь женат и живу в Заводье.

   От изумления ее пухлый рот стал похож на круглый розовый кренделек.

   – Женат? О-о-о… что ж, поздравляю. Когда же ты только успел?

   – Не так уж давно. В начале зимы.

   – И кто же счастливица?

   Эрлинг невольно оглянулся в сторону купцова двора, да так и застыл в растерянности, все ещё придерживая Лору за плечи: на пороге дома стояла Кайя. Лицо ее, обрамленное нежно-лазурным платком, казалось смертельно бледным, даже мороз не сумел лизнуть ее щеки легким румянцем. Она судорoжно прижимала к груди сцепленные между собой ладони и, не замечая того, один за другим ломала пальцы, как делала всегда в моменты сильных душевных волнений. У ңог ее стоял большой плетеный короб.