– Управятся они, - проворчал Йоханнес, потянувшись за угощением. - Смотрите, чтобы по дороге последние мозги не растрясли, друг в друге дырки глазами прожигая.

   – Да все хорошо будет, – заверил слегка задетый Эрлинг, тоже хватаясь за горячий пирожок. - Не мальчишка ведь уже, в дереве смыслю не меньше твоего.

   – Ты, может, и смыслишь, да только я перед господином Луцем за халтуру в работе краснеть не намерен. А тебе, Кайя, Ирма велела адресок передать. – Οн вынул из кармана смятую бумажку и протянул дочери. - Пока эти оболтусы будут доски для ювелировой мыльни выбирать, загляни к новой заказчице. Она в конце весны младшего сына женить собирается, себе наряды обновить желает, а глазами слаба стала, да и иглу в пальцах тяжко уже держать. Ты уж подсоби женщине, дочка, за ней дело не станет – серебром обещала за твое рукоделье заплатить. А заодно и ткани там на торге подберешь,и нитки, и чего там еще нужно…

   – Загляну, отчего не заглянуть, - охотно пообещала Кайя и стрельнула глазами в Эрлинга.

   Его губы сами собой растянулись в улыбке, но строгий взгляд тестя – в котором, впрочем, полыхнули озорные огоньки, - заставил его виновато моргнуть и изобразить на лице живейший интерес к сoбеседнику.

   – А за колыбельку и постельку для Маргитки примите от нас душевную благодарность, – вдруг подобрел Йоханнес. - Ирма не нарадуется, да и Маргитка по ночам лучше спать стала. Может,и вам Создатель скоро ниспошлет свое благословение, а я смогу наконец внука на руках подержать.

   Эрлинг метнул быстрый взгляд на Кайю и успел заметить, как та на мгновение закаменела лицом. Грудь стиcнуло тоскливым чувством – неужто его подозрения верны, и Кайя не желает детей? А он, по малодушию своему,так и не решился спросить у нее напрямик. Впрочем, уже в следующий миг она натянуто улыбнулась и, как подобает воспитанной дочери, опустила ресницы.

   – Спасибо, папа. Молюсь Создателю о том же.

   К счастью, от неловкого молчания их спас звон бубенцов конской упряжи: ко двору подъехал на своей «карете» Тео. Распрощавшись с Йоханнесом, Эрлинг с Кайей наскоро оделись и запрыгнули на взбитое, душистое сено саней.

   Без Тессы в этот раз веселиться не хотелось, да и Тео торопился поскорее обернуться – заметно было, как он нервничал, оcтавляя жену с ребенком дома одну. Но Эрлинг и не возражал: он бы тоже предпочел поскорее вернуться домой, чтобы быстрее управиться делами и пораньше затащить Кайю в кровать.

   Едва добравшись до Декры,им пришлось разойтись в разные стороны. Тео умчался на торг к рядам с железками, скобяным лавкам и конторкам рудничных приисков, Эрлингу же предстояло наведаться на хорошо знакомую ему лесопилку, чтобы выбрать подходящие для ювелировой мыльни доски. Адрес, который Йоханнес всучил Кайе, находился в той же стороне, поэтому Эрлинг решил сначала проводить жену к заказчице, а потом уже идти по своим делам. Они шли вдоль заснеженной мостовой, как парочка юных влюбленных – Кайя сунула руку ему в рукавицу,и он грел ее ладонь, млея от счастья и рисуя в воображении весьма затейливое продолжение вечера.