Ни Сет, ни кто-то из магинь, которые между тем нас окружили, не останавливают, когда я, хромая, иду к Азраэлю. Аккуратно кладу ладонь ему на щеку, отчего его веки трепещут и поднимаются.

– Хватит сопротивляться, – шепчу я. – Все хорошо. Ты должен выжить. Должен помешать выпустить орду демонов на людей. Пообещай мне. – У меня по щекам бегут слезы. – Если ты умрешь, кто потом проводит мою душу в Дуат? Я хочу, чтобы это сделал ты.

У него мертвенно-бледное лицо. Превозмогая боль, Азраэль втягивает в себя воздух, прежде чем из последних сил покачать головой.

– Мои обещания ничего не стоят. Ты же знаешь.

Я улыбаюсь сквозь слезы. Он хочет сказать, что мы выживем, но я в это не верю.

– Я рада, что ты сопровождал Малакая, – шепчу я. – Ты сдержал обещание, которое дал ему. Оно было важнее, чем мое. Мне просто не хотелось отпускать брата. – Я приближаюсь к ангелу еще на шаг. Его губы искусаны, пересохли и кровоточат. – Ты должен выжить. – Осторожно накрываю его губы своими, не желая причинить еще больше боли.

Даже от столь невесомого прикосновения он тихо стонет, но стоит мне отпрянуть, снова качает головой, и я нежно целую его еще раз. А когда вновь поворачиваюсь к Сету, замечаю, что женщины смотрят на него как на своего спасителя.

– Причина всегда заключалась во власти, – продолжает он свой монолог, хотя меня больше не интересует эта история. – Осирис желал, чтобы боги единолично правили миром. Не хотел делить его с ангелами и тем более с джиннами. Это он научил Аль-Джанна заклятию, и оно служило единственной цели: уничтожить джиннов и ангелов. Численность богов была совсем небольшой по сравнению с двумя другими народами. Пусть большинство ангелов и жили на небесах, многие их них периодически приходили на землю. Для Осириса они были как бельмо на глазу.

– Почему его раскусил только ты и больше никто? Почему тебе не поверили?

Из последних сил ковыляю к Гору, взглядом шаря по пещере. Нужно что-то сделать.

– Я не мог ничего доказать и… – на секунду Сет выглядит расстроенным, но затем выпрямляет спину, – мой голос против голоса Осириса. А я не пользовался особой популярностью.

– Просто удивительно, – ляпаю, не подумав, и магини задыхаются от возмущения.

Сет складывает руки за спиной и внимательно смотрит на меня.

– Ты бы подошла ему больше, чем Нейт, – заявляет он. – Та всегда держала нос по ветру и была предана Осирису. Она настраивала Азраэля против меня… а скажи мне, чего стоит дружба, которую так легко может разрушить женщина?

– Не то чтобы я эксперт по дружбе. – Голос у меня немного дрожит, когда я останавливаюсь напротив него. По-моему, напряжение чересчур выросло. Что-то кажется мне странным, да и магини тоже начинают беспокоиться.