- Ваше высокопревосходительство, - окликнули адмирала сверху, - караул готов выдвигаться.

- Не надо, - неожиданно решился Шерстаков, еще одним пристальным взглядом пройдясь по фасаду Зимнего и гвардейцам возле каждого подъезда. – Обойдемся без караулов. Эльдар Иванович, мы ведь с вами, если что, сумеем защитить наших дам?

- Да, - согласился тот. – Так, пожалуй, и правда получится драматичнее. Но никогда бы не заподозрил именно вас в склонности к театральным эффектам.

- И зря, - усмехнулся тот. – С флотскими в этом плане вообще мало кто сравнится. Прошу вас, Анна Ильинична, Елизавета Андреевна… Главный вход вон там.

И мы двинулись через площадь. Вчетвером. Впятером, вернее, если посчитать его будущее императорское величество на руках у матери, но тот снова затих, почти не напоминая о себе. Как тогда сказала Аня? «Он очень спокойный»? Да, замечательное качество для будущего правителя.

На полпути я начала замечать, как вздрагивают занавески в окнах – все чаще и чаще с каждым нашим шагом. И поняла, что адмирал оказался прав – никакой караул нам сейчас не нужен. Он будет лишь отвлекать от главного. От воистину Петербургского варианта мадонны, идущей занимать свое законное место. Не только утепленного насколько возможно, но и окруженного со всех сторон мундирами. Вместо апостолов.

Что спектакль удался, стало понятно не когда перед нами во фрунт начали вытягиваться гвардейцы, а когда в коридорах перед Анной с ребенком на руках, начала склоняться дворцовая обслуга, высыпавшая навстречу в каком-то удивительном количестве. Никогда не думала, что их там столько! Иначе, пожалуй, поостереглась бы идти в здание без охраны. Но почти каждый, словно стараясь развеять этот внезапный страх, бормотал благословение вслед прошедшей среди них женщине.

Мистика. Невозможно. Ведь никто не мог пока знать, что за документ несет в папке Эльдар! Но видимо очень уж говорящим оказался ее эскорт.

Глава сорок пятая 2

Нижний Телеграфный коридор уперся в лестницу, и уже через минуту мы, оставив внизу неожиданную свиту, оказались перед огромными дверьми Яшмового зала. Первым распахнул обе створки и вошел туда Эльдар. Цепко огляделся, секунду помедлил и отступил в сторону, перестав закрывать нам виды широкими плечами. Следом, не сговариваясь, через порог шагнули мы с Анной и, наконец, Шерстаков – последним. А вот заговорил он как раз первым, сумев удачно обойтись без лишнего пафоса и возвышенных речей:

- Приветствую, господа советники, - тренированный морскими просторами голос хоть и дребезжал сорванными связками, зато разом накрыл все немаленькое помещение. – Собирайтесь-ка потихоньку, пора освобождать здание для вернувшихся владельцев.