— Я был слишком самонадеян, молод. Мне не хватило уверенности. Не хватило силы. Их было тринадцать… Все они сидели на этих самых стульях, когда Ша поглотил их… Одной из погибших была моя супруга. Мы ждали дочку… Сейчас она была бы твоего возраста… Но мы потеряли всё. Ша наказал меня, развоплотив души всех присутствующих. Полное уничтожение. Никакого шанса родиться вновь. Тебе, наверное, интересно, как так вышло, что я допустил, чтобы моя жена присутствовала на столь опасном ритуале. Но поверь, Аврору было невозможно удержать в стороне. Она была той, кто придумал, как разрезать пространство. Той, кто наделил меня уверенностью… И той, кого я подвёл. Я находился в центре вихря сил, спрятанный от Ша, точно в коконе. Я мог только смотреть, как он пожирает моих друзей. Мою любимую. Моего нерождённого ребёнка… Все они погибли раз и навсегда. Их души отправились в вечное небытие.

— Мне очень жаль, — я не знала что ещё могу сказать.

— Всё шло хорошо, но Ша спросил меня… Спросил, готов ли я пожертвовать всем, что люблю. Он проверял меня, и я дрогнул. Если бы с чистым сердцем я был готов оплатить эту цену, то он бы никого не тронул. Но я не смог… Тогда не смог. На самом деле даже не знал, что это проверка…

Барон горько усмехнулся, он стоял — сгорбленный, уставший, точно в один момент на него навалилось всё горе этого мира:

— … после случившегося я чувствую бесконечную вину. Пытаюсь загладить её в том числе через помощь молодым людям, таким как вы. Наша встреча не случайна. Может быть именно помощь вам была смыслом, ради которой я остался жив. Мне приятно так думать, когда я смотрю как мужественно вы справляетесь со всем тем грузом ответственности, что взвалился на ваши хрупкие плечи. Я просто не могу остаться в стороне. Вы понимаете это, Аустина?

— Да… — у меня пересохло в горле от тревоги. Я видела, как взволнован Барон. Своим рассказом он словно оправдывался перед самим собой.

— Теперь моя миссия — это искупление. Я хочу помочь и вам в том числе. Мне только и нужно, чтобы вы согласились принять эту помощь. Вы согласны?

— Да, я… я согласна…

— Спасибо, — Ящер кивнул, выпрямляясь, вновь становясь несокрушимым и уверенным в себе человеком. Подойдя к подносу с чаем, он опрокинул в себя кружку, выпив всё содержимое за пару глотков.

В тот же момент до моих ушей донёсся приглушённый крик. Он шёл из спальни… От испуга, я подскочила на месте, едва не навернув поднос с чаем со стола, бросилась в коридор, а из него — в комнату, где находились Павел, Алек и Илона.

Все трое точно в фильме ужасов про экзорцистов, корчились на своих кроватях. Койот задушено выл, а сам Павел, сцепив зубы, выгибался на кровати так, что я испугалась, что он переломится пополам.