— Вовремя уйти?

— Полностью прошедшими тест считаются ангелы, которые в какой-то момент, пусть даже после парочки срывов, приходят ко мне и честно говорят, что не могут тут работать. Думаю, дальше объяснять не надо.

— Не надо… А те, кто случайно сюда попал? Они где просыпаются?

— Да где придётся, в зависимости от прохождения теста. И настроения Шефа.

— Шефа, в смысле…

— Ага. Нынешнего. Он обожает устраивать для ангелов, случайно попавших сюда и прошедших тест, интересные приключения. Говорит, “что упало, то моё”. И всячески пытается перетянуть к себе на работу тех, что поинтереснее. Насколько я знаю, многие даже выживают. И действительно становятся менеджерами, а порой и выше. Я — живой пример.

Любопытно.

— А бывает наоборот? Ну, чтобы из нижнего офиса переходили в верхний?

— Бывает, и чаще, чем принято считать. Просто обе стороны этого не афишируют, потому что, ну знаешь, урон для репутации. Больше тебе скажу, я лично слышал историю одного кадра, которого уже без малого семьсот лет пытаются в верхний офис сманить. И угадай, что мешает?

О, вот тут я, кажется, догадываюсь.

— Он плачет, отбивается и притворяется тупым голубем каждый раз, когда с ним об этом заговорят?

— Да, именно… Погоди.

Ворон ещё раз внимательно осмотрел меня, на этот раз уделив особенное внимание одному из голубей Шакса.

— Становится очень интересно, — сказал он.

Я на это только плечами пожала, потому что по существу возразить было нечего.

О да, интересно. И чем дальше, тем интереснее.

И я сама уже даже перестала врать самой себе, что хоть что-то понимаю. Куда уж мне, если я в этой игре просто фишка? Которая вроде бы белая, и то не факт.

При таком раскладе остаётся только вздыхать и плечами пожимать, ничего осмысленней не стоит и пытаться выродить.

Вместо этого я спросила:

— А как же пациенты? В смысле, клиенты. Они мертвы или живы? Они реальны? Потому что если ты их таким способом спасаешь, то…