— Ты… — подался вперёд воевода, но жмущаяся к нему девица что-то сделала и его глаза широко раскрылись.

А ловкие женские пальчики обхватили самое ценное и умело поглаживали, будя в нем давно забытые ощущения.

— Хорошо… решим после… — выдавил он, — но пока помните ваше сиятельство, она осуждённая и вы несете за неё ответственность, иначе… — тут воевода сквозь зубы выдохнул и напряженно застыл.

Льнущая к нему девица глубоко дышала и не сводила с него жадного взгляда.

Как же воевода соскучился по таким взглядам! Он уж не надеялся, что когда-нибудь встретит женщину, которая будет без ума от него. А Бережной недолго будет наслаждаться своей пигалицей и нарушать порядок в его гарнизоне. Лекаришка отработает свой должок и всё станет по-прежнему, а может, и лучше. Старый воин крепко сжал ягодицу ловкой шлюшки и велел ей идти за ним.

Анха была рада увидеть мага живым и здоровым. После того, как на её глазах поступили с метаморфом, ей стало страшно за молодого мага - защитника. Она вдруг поняла, что он тоже одинок и, возможно, ему грозит опасность от этих ужасных людей.

Справедливости ради, Анха заметила, как здоровяку один из бывших товарищей тайком сунул тощий мешочек с деньгами, но этот поступок был исключением и ещё больше подчёркивал уродливые взаимоотношения в гарнизоне.

Всё, что могла сделать Анха для своего нечаянного друга, это сбегать на кухню и набрать еды. Кухонные сразу поняли, для кого она просит, и напихали полный мешок припасов. Этот мешок она передала и попыталась улыбнуться, словно бы обещая, что впереди метаморфа ждет только хорошее. А он догадался назвать своё имя:

— Кажется, меня зовут Бьорн, и я северянин. Ты не отчаивайся. Надумаешь бежать, я буду рядом. Увидимся, — пообещал он.

«Бежать!»

Эту мысль надо было обдумать. Печати ещё не изведены, и чтобы выдерживать ежедневный энергетический выброс, необходимо хорошее питание. Но дело не только в этом. Во-первых, никого из женщин не выпускают за пределы замкового двора без разрешения. Во-вторых, беглянку будут искать. Сначала своими силами, а потом позовут ищеек. И в-третьих, если уж бежать, то прятаться надо в аномальной зоне и не показываться людям, а как тогда выживать?

Бьорн сам, как новорождённый младенец! Он только начал осознанно познавать мир — а его вышвырнули в незнакомую среду. Метаморф же всегда жил на обеспечении и выполнял указы старшего, а теперь ему всё самому придётся делать. За ним самим приглядывать надо, а не надеяться на него.

Как бы ни хотелось сбежать, но это было несвоевременно. Поймают и посадят в подвал или без разговоров отведут в женскую комнату, откуда уже будет не выбраться. Анха не могла сейчас так рисковать.