— Предлагаю? — усмехнулась я, окончательно приходя в себя. — Предлагаю повернуть всю эту идиотскую историю нам на пользу.

ГЛАВА 50

ГЛАВА 50

— Как? — Энрико нервно пробарабанил пальцами по столу. — А если драконы сговорятся?

— А кто им это позволит? — вопросом на вопрос ответила я. — Меня же как-никак обидели, напали в собственном замке. И кто? Гость, которого я приветила, кров и постель, так сказать, дала. Вот пусть посидит внизу, подумает о своём поведении. А потом я с ним поговорю.

— А Розье? По твоим же словам получается, что его вроде как в каземате держать не за что. Спаситель невинных дев… — Энрико скривился.

— В каземате?! В каком еще каземате?! — опешила я.

— Ну, так ты же сказала: «Этого в каземат». Кто бы в тот момент рискнул уточнить, кого именно. Обоих и увели.

— О Господи! А ты, что, не мог уточнить?

— Не успел. Твоё состояние волнует меня сильнее, чем благополучие какого-то дракона.

— Ну, ты даёшь, — я с силой потёрла горящее лицо ладонями. — А если бы я с перепугу приказала Дарка казнить, ты бы и тогда не поинтересовался, кого на плаху потащили? И вообще, прекращал бы ты на Лео шипеть. Дождёшься, что он на тебя бросится. Кого из вас мне тогда в казематы отправлять?

— Ну, знаешь! — вспыхнул Энрико.

— Да шучу я, шучу, — я бессильно откинулась на спинку кресла. — Устала… Надоела эта атмосфера недоверия и подозрительности. Иногда мне кажется, что все было гораздо лучше, когда Розье изображал потерявшего память бедолагу. Мне было так легко убедить себя, что всё, что я к нему чувствую, это исключительно жалость.

— Поверь мне, лучше бы это так и оставалось, — мрачно протянул брат. — Вот увидишь, этот дракон разобьёт тебе сердце.

— Хватит мрачных пророчеств. Пошли. Надо выпустить Лео из тюрьмы и извиниться за всё это безобразие.

Я поднялась, но не успела сделать ни шагу, как дверь медленно открылась, и в зал опасливо заглянула Леона.

— Ваша светлость. Там ваш дракон… То есть, конечно, не ваш, но…

— Который из них? — поморщилась я.

— Из кого?