— Из «не моих» драконов!

— А… — опомнилась Леона. — Тот, который Розье.

— Энрико, — я повернулась к брату, — пообещай мне, что когда это драконье племя сведёт меня в гроб, на моей могиле не будет ни одной розы. Что с ним, Леона?

— Он разорался на всю тюрьму и требует встречи с вами.

— Опять разорался?!

— Ага. Требует, чтобы его к вам отвели. Ну, или вас привели.

— Нет, ну, ты видел? — я с показным смирением посмотрела на Энрико.

— Лекарь к нему в камеру зайти боится, — продолжала между тем женщина. — Лавку спальную об решётки изломал.

— Он серьёзно ранен? — забеспокоилась я.

— Да где там, — махнула рукой Леона. — Царапина. Но я подумала, что лучше бы лекаря. А он его не пускает, вас требует.

— Скотина неблагодарная, — прокомментировала я.

— Как есть неблагодарный, — закивала Леона. — Пиками его от решёток отгонять приходится. Уж час бьёмся, а всё без толку.

— Пошли, — я вышла из малого зала и двинулась к лестнице в подвалы. — Надо вызволять моего спасителя. А что раньше-то не пришли?

— Так это… Боятся все, — потупилась Леона. — А я в пыточной была. Пока меня нашли, пока…

— А в пыточную ты как угодила? — споткнулась на ровном месте я.

— Дык дракона поспрошать повели. Кому его словеса слушать, как не мне, коли у вас потрясение нервное?

— Так… Подожди, — помотала головой. — Какой дракон в пыточной?!

— Тот, что сегодня приехал. Не сомневайтесь, госпожа баронесса. Уж мы-то его поспрошаем со всем усердием. Всё расскажет. И зачем сюда явился. И кто его надоумил…

— Идиоты! — взвыла я. — Нет! Хуже! Меня окружают инициативные идиоты! Вам кто велел дракона в пыточную тащить?!

— Ну как же? — настал черёд Леоны спотыкаться и бледнеть. — Вы же велели «В казематы». А нижние казематы известно зачем сложены. Да и напал он на вас, убивец проклятый.