– Тогда идите ко мне, король Ревингер. Потому что именно этого я и хочу, и я излечилась для того, чтобы хорошенько намокнуть.

Не успеваю я войти в воду до пояса, как Слейд уже оказывается рядом и, подхватив меня за попку, приподнимает. Он входит вместе со мной в воду, и чем глубже мы в нее погружаемся, находясь в объятиях друг друга, тем приятнее она кажется.

Слейд останавливается у бортика и опускает меня, а я замечаю, что плоскость здесь немного наклонена, отчего я оказываюсь на несколько дюймов выше.

– Повернись, детка, – говорит он. – Упрись руками в бортик.

Тяжело сглотнув, я поворачиваюсь и хватаюсь за гладкий камень пальцами.

– Хорошая девочка, – вкрадчиво произносит Слейд, одну руку властно прижав к моему лону, а другую положив на грудь.

– Богиня… – выдыхаю я, когда он обводит мой клитор двумя пальцами, как музыкант, идеально перебирающий струны. Мое тело поет для него всеми нужными нотами.

Когда он погружает в меня палец, другим лаская клитор, мы оба стонем. Слейд кусает меня сбоку за шею, а другой рукой сжимает мою грудь, покручивая соски и превращая их в твердые пики.

– Слейд, я хочу тебя, – стону я, запрокинув голову и прижимаясь к нему.

– И я буду твоим, – отвечает он, целуя меня в шею. – Перед тобой есть небольшой выступ – хочу, чтобы ты оперлась на него одним коленом.

Обезумев от переполняющего меня желания, я быстро поднимаю колено и ставлю его ровно на тот гладкий камень, о котором он сказал.

– Идеально, – говорит Слейд и убирает с моей груди руку. Потом вынимает из меня палец, отдавая место члену.

Он входит в меня мучительно медленно, и я охаю от того, как Слейд неспешно меня растягивает. Он погружается в меня дюйм за дюймом, и от его медленных движений я отчего-то чувствую себя наполненной. А в горячей воде становится скользить проще.

Ударившись бедрами о мой зад, он сжимает мои ягодицы, и из его груди вырывается стон.

– Чертовски хорошо. Такая тугая и готовая.

Я снова чувствую, как он касается губами моей спины, и понимаю, что Слейд специально поставил меня в такую позу. Хотя удивляться тут нечему – Слейд всегда все делает с каким-то умыслом.

Теперь он снова целует мою спину, заменяя насилие нежностью. Напоминает, что я не уничтожена. Что мы, несмотря на случившееся, вместе и что в наших мирах брешь появилась для того, чтобы мы обрели друг друга.

– Слейд, мне нужно, чтобы ты начал двигаться, – говорю я ему, пока он гладит, ласкает, заставляет мое тело млеть, а все мои сомнения растекаться ручейками.

С той же поразительной проворностью он возвращает пальцы на клитор, и у меня перехватывает дыхание, когда он начинает ласкать его быстро и решительно.