Я провожу взглядом по лавкам, смотря, что продается на рынке. Шали и одеяла, сапоги и пряжки, украшения и плащи. Многие лавки рассчитаны на рыбаков: здесь можно приобрести весла с причудливой резьбой, усовершенствованные рыболовные сети и опоры высотой со здание. Товаров и вещей так много, что все отметить невозможно, как и невозможно расслышать все голоса разом.

Но один я все-таки слышу. Этот голос будто прорезает толпу стрелой, натянутой на тетиву и нацеленной прямо на меня, и поражает цель со смертоносной точностью.

– Видишь, кто это? Та, золотая? Ты слышал о ней! Она – позолоченный питомец и любимая наложница царя Мидаса. Та, что украла его силу золотого прикосновения и убила его из ревности.

Я устремляю взгляд налево и вижу мужчин, которые жмутся к стене ларька, в котором продают рыбьи хвосты. Мужчина средних лет вглядывается в меня карими глазами из-под широких полей коричневой шляпы.

– Позолоченная дама!

Я отрываю взгляд от мужчин и вижу женщину, которая машет мне рукой, показывая на свою телегу, где она продает браслеты.

– Позолоченная дама, у меня есть для вас идеальные браслеты!

Я с улыбкой иду к ее ларьку, но меня неотступно преследуют те мужские голоса.

– Я думал, это просто слухи о том, что она золотая, – говорит другой мужчина, и я слышу характерное пыхтение трубки.

– Нет, мой кузен бывал как-то в Хайбелле. Говорит, что видел ее в окне во время одной из публичных казней. Это точно она.

– Как думаешь, что она здесь делает?

Улыбающаяся хозяйка ларька вытаскивает для меня браслет за браслетом, но я не вижу ни одного из них, слишком увлеченная тем разговором мужчин.

– Мидас ведь умер, – говорит мужчина. – Сдается, она уже успела обзавестись новым королем. Ишь, как быстро вцепилась в другого.

– Чертовы бабы, – презрительно хмыкнув, говорит второй. – Всегда готовы вонзить когти в вещь подороже. Прыгают от одного мужчины к другому. Это все, на что они способны.

– Да. Слышал, что она перерезала ему горло, а потом украла его магию. После этого его золотоносная сила вырвалась из-под контроля, охватила весь Рэнхолд и убила сотню человек в замке, а сама девушка сбежала.

– Вот почему я не доверяю наложницам, – говорит другой, его скрипучий голос перемежается с кашлем. – Им на все начхать – только бы им платили за секс.

Раздаются ехидные смешки.

Я почти подпрыгиваю, когда Слейд кладет мне руку на поясницу.

– Ты что-то хотела?

Моргнув, я сосредотачиваю внимание на разложенных передо мной браслетах, вдруг почувствовав вину за то, что эта дама показывала товар и разговаривала со мной, а я совсем не обращала внимания.