– Дети умирали, так? – Чарльз потер переносицу. Глаза слезились, то ли от дыма, то ли от вони, наполнившей кабинет. – Или не рождались? Те, которые вам нужны. И это являлось проблемой, пока не появился тот, кто готов был предложить решение.

– Именно.

– А мы тут каким боком?

Не стоит расслабляться. Дед… он не Змееныш.

Умнее.

Опытней.

И явно задумал что-то. Стоит, усмехается, глядит этак снисходительно.

– Или… конечно, кто-то из моих кузенов собирается жениться? И полагаю, на дочери императора?

Голова деда чуть склонилась.

– Он неплохая ведь партия. Знатен. Происхождение безупречное. И с императором в родстве состоит, хотя и не таком близком, чтобы это стало помехой.

– Ты не так и глуп, как казалось.

Сомнительный комплимент.

– Репутация. Манеры. И внешностью кузенов боги не обидели… – Чарльз чувствовал, как нарастает напряжение и Сила деда клубится на кончиках его пальцев. – Он сделал предложение и его приняли? И… дальше что? Родственник императора – это хорошо, но не настолько, как сам император… или принц-консорт? Если вдруг случится беда с императором и его наследником… кто следующий на очереди?

– Тот, кто полагает себя истинным наследником, – процедил дед.

– Значит, Змееныш – лишь инструмент. А тебя он кем считает? Другом? Советником?

– Тем, кто приведет его ко власти.

– И полагаю, ненадолго. Так, чтобы все успели ощутить на своей шкуре всю его дурость. А потом появится герой и спасет страну.

– Именно.

– Августа же… ты мстил нам. Маме, мне… и Августе. Конечно, как же, мама должна была вернуться в отчий дом, покорная и несчастная. А она посмела жить себе, и весьма неплохо. Еще и нефть на землях. Нефть ты ей точно не простил.

– Дрянь.