«Звук бегающих молний щекочет слух. Вроде, вы зовёте это током? Электричество? У нас нет электричества».
— В будущем мы тоже надеемся отказаться от электроэнергии и перейти на энергетический потенциал магической материи. Вы тоже используете его, как мы — электричество, но всё равно живёте в каком-то средневековье…
— Это на тебя так наш коммунистический воздух влияет? — рассмеялась Шарлотта, заслышав его последний лозунг, достойный пропагандистского плаката. Глядя на него, она думала, что эльф обозлится на её усмешливую реакцию, но он продолжал заворожённо смотреть на провода, в которых что-то слышал. Тут же она добавила: — Это объясняет, почему местные эльфы, несмотря на все притеснения со стороны партии, не идут против неё.
Шарлотта в этот же миг, закончив говорить, немного опешила от своей неосознанной откровенности, отчего в испуге закрыла рот, искренне испугавшись, что за её словами, осуждающими политику действующей власти, последует наказание, но здесь был только Феанфил, который всё-таки сместил своё внимание на неё. Она столкнулась с его томным взглядом и мягкой улыбкой. Страх тут же отступил, ведь с ним можно было говорить, что думаешь. И не бояться. Не бояться даже своих чувств.
— Да, наверное, ты прав. Да и вряд ли такой лидер будет. У нас люди-то людей боятся. Брат доносит на брата, отец — на сына, мать — на дочь и так далее. Везде только видимость сплочённости и коллективизма. Но это всё фарс и мишура. Все боятся и ненавидят друг друга… И все хотят хоть какой-то выгоды для себя в этом несправедливом мире уравнителей, которые, разве что, уравнивают людей до уровня плинтуса, но сами хотят быть на вершине и иметь всё…
Феанфил поник от услышанного. Сказать на это ему было явно нечего. Но вдруг он улыбнулся и звонко вслух сказал:
— Я обещал показать!
Эльф схватил Шарлотту за руку и притянул к себе, после чего заключил в объятия. От неожиданности Гриффин не успела понять, что произошло, но дальше последовало и вовсе что-то невообразимое.