Солдаты-эльфы, отстреливающиеся от ящеров с высоты разрушенных домов и из щелей в земле, с испугом наблюдали за происходящим: прямо перед ними из воздуха возник человек — девчонка в курсантской форме, — рассеивая золотой вспышкой магию по окрестностям.

Эрина готова была истерически закричать, но дыхание от паники перехватило — даже вдох дался с трудом, а выдох — и вовсе с боем и болью, как будто её ударили в солнечное сплетение. Ноги дрожали так, что Уилд перестала чувствовать землю у себя под ногами. Вот-вот и свалится.

Ей сложно было представить исход происходящего в эту секунду, но рядом с ней внезапно возникло существо. Существо, чертами отдалённо напомнившее ей человека из того странного места. Её отца. Облегчение, казалось, должно было освободить от ноши ужаса и непонимания Эрину, но оно свалилось на неё ещё большим грузом, от которого ноги девушки подкосились, и она упала на колени без сил, даже не чувствуя кожей под тканью штанов жёсткость острых камней и обломков. На губе и под носом ощущалось что-то мокрое и горячее. Вяло проведя рукой, Эрина обнаружила, что у неё из носа обильно течёт кровь.

«Я телепортировалась?!», — Эрина смогла лишь у себя в мыслях воскликнуть, не веря в случившееся. Как такое вообще возможно? Поверить было сложно. Невозможно. На такое никто не способен. Почему она? Как ей удалось? «Удивительно, — в её голове прозвучал уже знакомый голос Адриана — это в действительности был он. — Ты сама справилась. Я горжусь тобой, Эрина».

Эрина была готова сама вскочить и броситься к Адриану, но он опередил её, коснувшись рукой из магического света головы девушки.

Тепло, жжение. В глазах темнело. Тело переставало чувствовать и слушаться. Сознание терялось. Белый шум перебил всё.

Мрак застилал всё вокруг. Кончики пальцев немели, тело Эрины становилось для неё невесомым. Мысли убегали, как белые зайчики на зелёной туманной поляне.

Небо так далеко и близко. Эрина ощущала его одновременно и над головой, и под ногами, но тепло, разлившееся по обмякшим конечностям, уверило девушку в том, что она твёрдо стоит на тёплой земле. Цвета перед ней и яркие, и нет. Они мельтешили игривыми бабочками прямо в глазах. Воздух снова двигался и в то же время словно опять застыл, теряясь в безвременье. Бесконечность мыслей и чувств сливалась в хаотичное эхо, гулявшее сквозь бескрайние жёлтые поля глубокой песней целой вселенной. Она растворялась. Растворялась в искрящейся вечности абсолютного небытия.

Её нет. Были только они.

«Душа и мысли живут, хотя и тело умирает. Души и мысли текут рекою в безвременье между пространством, просыпаясь и засыпая в нескончаемом танце под ласковым молчаливым небом, на котором почти нет облаков, но есть что-то, до чего никому не суждено дотянуться… Быть может, это вечный покой?».