Повисла гнетущая тишина. Аид вздохнул.

— Ты хочешь увидеть ту девушку.

— Я… — я захлопнул рот. Ну конечно, он догадался. — Да. Я надолго не задержусь. Просто хочу убедиться, что с ней всё в порядке, и передать ей кое-что…

— Нет, — словно эхом разлетелось по тронному залу, хотя он произнёс его очень-очень тихо. — Я не могу позволить тебе увидеть её.

Я уставился на него. Он что, серьёзно?

— Почему нет? Ты же позволял другим навещать смертных в Преисподней. Почему я не могу увидеть Так?

Но ещё не договорив, я знал ответ. Это его месть за то, что я сделал с Персефоной. Столько тысяч лет мы всё плясали вокруг этой темы, притворяясь, что между нами нейтралитет, но теперь, когда её нет, когда он считает, что я сыграл решающую роль в её уходе от него, он решил отнять у меня Так.

Око за око.

— Ты не можешь так поступить, — возмутился я. — Она ничего плохо не сделала.

— Зато ты сделал, — он подался вперёд, глядя на меня своими серебряными глазами. — И это ты хочешь увидеть её, а не наоборот.

— Ты не знаешь наверняка.

— Знаю, — он выпрямился. — Я не позволю вам встретиться. А если попытаешься прокрасться тайком, чтобы найти её, я буду перемещать её по всему Подземному миру столько раз, сколько придётся, чтобы не дать тебе добраться до неё. Ты никогда её не увидишь, пока я правлю Преисподней.

Он с тем же успехом мог бы проделать дыру во мне и вытащить все внутренности. Я стоял перед ним, дрожа, пытаясь что-нибудь придумать, но я и так уже тысячу раз извинялся. Я уже сделал всё, что мог, чтобы он меня простил. Но его гордость и ярость не дают ему двигаться дальше. А потому мы оба топчемся на месте.

Я сжал руки в кулаки. Я мог бы его ударить. Я хотел ударить его сильнее, чем жить, но мне слишком сложно было вернуть ровное отношение Совета. Нападение на Аида только отбросит меня назад.

Я не мог ни черта с этим сделать, и он это прекрасно понимал.

— Тогда… Можешь передать ей кое-что? — моя дрожащая рука скользнула в карман. Но как только я нащупал медальон, Аид покачал головой.

— Нет.

Ну конечно. Чёрт возьми, конечно. Я запустил свободную руку в волосы, перед глазами встала алая пелена.

— То, что случилось с Персефоной, не моя вина, — выпалил я. — Она сама приняла решение. Я просто помог ей увидеть, что у неё есть выбор.

— У неё был выбор, — согласился Аид. — И у тебя тоже. Я не возлагаю на тебя ответственность за действия Персефоны. Только за твои собственные.