– Никто из нас не вечен, – наставительно произнес Конрад и только великолепное воспитание помешало ему прибавить: «В вашем возрасте особенно пора подумать о душе». К тому же, будущему почтенному отцу не пристало так общаться со старыми людьми.

Оттилия подцепила скрюченным пальцем нитку бус из крупного жемчуга и пожевала губами.

– Вы все сказали верно, дорогой. Морская Длань не столько герцогство, сколько организация, которой нужен сильный главнокомандующий. Но я никак не могу понять, почему вы не желаете им стать. Зигфрид не сможет оспорить ваши права.

– Дело в том, герцогиня. – Конрад улыбнулся ей, – что я выбрал свой путь. И это не герцог, и не Хозяин Морской Длани. Я намерен просить посвящения в почтенные отцы Хора. Я почти умер, но чудом выжил, а, значит, Бог сохранил мне жизнь для чего-то особенного. И теперь я уверен, что понял, для чего. С Зигфридом я обо все договорился.

Об исчезновении, а тем более, похищении брата сумасшедшим магом Оттилии знать преждевременно. Неизвестно, что она придумает в связи с этим событием. Хватит ее выступления на прошлом Большом дворянском собрании. Конечно, Вильгельмина собирается перевернуть всю страну в поисках Зигфрида, и Оттилия все равно узнает, скорее рано, чем поздно. Но хотя бы пару дней герцогине лучше пожить спокойно. И для души полезно.

– Вот как. – На ее лице не было особого изумления. – Что ж – это ваше решение и право. Хотя не скажу, что понимаю его. Полагаю, Иоганне вы сообщите все сами?

– Я поговорю с ней, как только вы обдумаете мое предложение и дадите ответ, – сказал Конрад.

Он полагал, что Оттилию не придется долго упрашивать. Ее согласие устраняло никому не нужный казус, который мог возникнуть в случае, если бы маленькая Гертруда продолжала считаться наследницей Морской Длани.

– О, эти сестры, – взмахнула сухенькой ручкой Оттилия. – Неизвестно, откуда они вообще взялись и имеют ли отношение к династии. В любом случае, их статус должна будет подтвердить Вильгельмина. – Она взяла из шкатулки большую рубиновую брошь и сжала ее в ладони. – Никогда не думала, что Жабий Пруд унаследует потомство моей глупой Катарины. После того, как я узнала, что она позволила себя обольстить этому ничтожному лейб-лекарю, я за всю жизнь с ней и парой слов не перемолвилась. А тот только и рад был – сестра принца-консорта для него, словно звезда, упавшая с неба. И бароном он стал, благодаря Катарине.

– О мертвых плохо не говорят, герцогиня, – заметил Конрад, хотя не мог винить Оттилию за ее отношение к покойному. – К тому же, вы ошибаетесь. Михаэль Зингер получил титул и земли не за вашу дочь.