Выцветшие глаза герцогини сощурились.

– Он вовремя, хотя и не по приказу, исполнил одну волю королевы Фредерики, – продолжил Конрад. – И, боюсь, этим причинил много неприятностей некоторым людям.

Оттилия, покачав головой, неодобрительно зацокала языком.

– Но он мертв, герцогиня, – мягким, но настойчивым тоном, сказал Конрад. – Погиб от руки мстителя, и этим искупил свою вину. Поэтому пора забыть о нем, и вспомнить о внучке Катарины и ее дочери, на которых не должна лежать тень их небезупречного предка.

Оттилия долго копалась в шкатулке, не говоря ни слова. Она хмурилась и шевелила губами, словно разговаривая сама с собой. Но потом, наконец, поправила сползший мех, громко захлопнула крышку и прямо посмотрела на Конрада.

– Я не в восторге от вашего решения во цвете лет похоронить себя в храме, мой милый, однако не стану разубеждать. Не представляю, как это воспримет Иоганна. На ее месте я бы впала в отчаяние. Но, я думаю, его скрасит осознание того, что теперь она наследница Жабьего Пруда. Я сегодня приглашу моего стряпчего и все устрою.

– Благодарю вас, герцогиня, – улыбнулся Конрад. – Я знал, что на ваше благоразумие можно положиться. А Иоганна через десять лет снова выйдет замуж, если захочет, конечно. Полагаю, желающих, учитывая ее новое положение, будет более чем достаточно.

– Зря Зигмунд всегда говорил, что его сыновья не похожи друг на друга, – закивала головой Оттилия, поджимая сморщенные губы. – Сейчас вы говорите совсем, как ваш брат. А я все решала про себя, не ошибается ли Иоганна, считая ваш союз браком по любви.

И обожает же старуха оставить за собой последнее слово. Замечание о том, что он похож на брата, согрело Конраду сердце. Приятно думать, что у них есть что-то общее, кроме серых отцовских глаз. И через мгновение это сердце сжалось от тревоги за Зигфрида.

– Я любил Иоганну, – ответил Конрад. – И сейчас люблю, но, похоже, не так, как муж должен любить жену. – Некстати вспомнилась Ильза, и он прикрыл глаза. – Но я желаю ей счастья и всего лучшего для своей дочери.

– Вам следует увидеть Гертруду хотя бы раз, – наставительно сказала Оттилия и, наклонившись, похлопала его по руке. – У мужчин родительский инстинкт не возникает просто так. Генерал-регент обязана поторопиться с ее возвращением. Надеюсь, племянница генералиссимуса умеет не только угрожать приличным людям, но и приносить пользу. – Герцогиня дотянулась до большого колокольчика на столе и позвонила. – Иоганна поехала во дворец, навестить знакомых девушек. И поэтому предлагаю пока выпить чаю.

Если Оттилия и чай снова обрели друг друга, то за будущее можно не беспокоиться.