"Я иду к тебе..." — прошептали его губы, и Верушка задохнулась от приступа невыносимой грусти и понимания, что...
Развернувшись, Верушка вскинула руки, желая остановить ведьминский напор. Но они не видели в ней препятствия. Их злоба была так велика, что огонь превратился в бушующий ураган. Она верила, что он не причинит ей вреда, но знала — стоит ей только выпустить его наружу, как дьявольское пламя испепелит все вокруг дотла.
Она раскрыла свои объятия навстречу огненному смерчу. Если ей суждено было сгореть, то пусть это произойдет так — один на один со стихией, которая сама же и породила ее. Верушка тянулась к нему, вбирала его в себя, выжимая до капли...
Она не чувствовала ни ненависти, ни злобы, ни отчаяния. Только тихую печаль. О бабушке, об их маленьком домике, о мальчишке-оборотне и о своих несбывшихся мечтах о любви. И еще о Главном Инквизиторе, который продолжал звать ее. Так, будто она самая желанная для него.
Так не бывает, подумала она, когда смерч закрутил ее в свою черную воронку. Последнее, что увидела Верушка, были невероятные глаза Климентия Парра, чей взгляд пронизывал ее насквозь, даря ее сердцу долгожданную свободу...
Глава 37
Глава 37
Огненный вихрь закрутил ее вместе с остальными. Спекся в единое целое, разбил сознание на миллиарды багровых звезд и черных дыр, высушил и наполнил заново живительной влагой непролитого дождя и невыплаканных слёз. Величайшая и прекрасная в своем первозданном ужасе
Раскинув руки, Верушка чувствовала, как оголяется ее душа, как летит навстречу неизбежному. Чернота впереди уже не пугала. Однажды она уже видела ее в своем кошмаре. Или это было на самом деле? Какая разница...
Чего ей бояться в этом мире? Она и есть этот мир...
Сестры... придите же ко мне!
Ритм сбился в один момент и захлебнулся в диком многоголосом крике. Черная туча из тысяч и тысяч вороньих крыльев мощным потоком устремилась к Верушке. А она, паря в сгустках голубого пламени, сделала последний шаг ей навстречу...
* * *
Клим застонал и, вскинув руку, ухватился за первое что попалось на его пути. Он попытался сфокусировать взгляд и подняться, но его откинуло назад.
— Клим, тебе лучше лежать! Потерпи немного, мы скоро приедем!
Кое-как раздвинув воспаленные набрякшие веки, он испытал острую боль во всем теле. Словно она только и ждала того, когда его сознание вновь окажется в ее власти.
— Драга...
Под рукой Клима скрипнула обшивка сидения.
— Никогда ничего подобного не видел! И, надеюсь, не увижу... - хрипло произнес Драга. Свет фонарей отразился в глазах заместителя и скользнул по его бледному лицу.
Клим повернул голову и уставился в крышу автомобиля. Лежа на откинутом сидении, он прислушался к собственным ощущениям. Жив... Провалиться ему на этом самом месте! Жив!
— Что там... - он сглотнул.
— Болото вскипело! Как гуляш, прости господи! Мы вели твою машину, потом нашли ее у леса. Дальше все, затык! Сунулись внутрь, пошли напрямик. А потом... — Драга вытер выступившую испарину на лбу. — Твой крик и... Этот запах горящего болота. Взрыв! Да низвергнется скверна!..
— А где... — Клим заерзал, пытаясь нащупать рычаг для подъема.
— Ты про этих... — Драга передернул плечами. — Все, что осталось, погрузили в спецгрузовик. Везем в замок.
— Все, что осталось?.. — Клим дернулся к нему, и автомобиль вильнул, когда заместитель шарахнулся, увидев его горящий взгляд. — Все, что... - он клацнул зубами от невыносимой боли. Не физической, а той, что раздирала его сердце.
— Месиво, Клим! Одно сплошное месиво...
— Нет... нет! — Клим схватил его за предплечье. — Останови машину!
— Тебе нужен отдых! Я отвезу тебя домой. Вызову врача! У тебя лицо обожжено!
— Останови машину! — прорычал Клим.
— Зачем? Хочешь пройтись? Тебя ноги не держат!
— Где грузовик?!
— Едет в замок! — рявкнул мужчина. — Ты уже ничего не соображаешь! Какого черта, Клим! Мало того, что ты полез один в это осиное гнездо, так еще и вылезать из него не хочешь! Очнись! Дай себе время прийти в себя! Можешь уволить меня, но я не дам тебе сдохнуть!
Клим уронил голову, уткнувшись в его плечо.
Все внутри него оборвалось. Хотелось именно сдохнуть.
— Едем в замок... - едва слышно сказал он. — Я хочу убедиться...
— Что б тебя, — выругался Драга и прибавил скорость. — Что б тебя!
— Это приказ.
Поначалу Клим не мог объяснить себе, что почувствовал в миг, когда услышал слова заместителя. Отупение, неверие, растерянность? Нет, это было что-то другое... Словно до этого у него в груди тлел маленький уголек, которому не хватало воздуха, чтобы разгореться. Клим и сам не знал, хочет ли этого. Но увидев
Перед его глазами возникли обрывки видений, единственно важным из которых была лишь она — Верушка. Ее призрачный силуэт с развевающимися волосами и изумрудными глазами стоял перед ним в голубых сполохах, а за ее спиной неиствовала такая бездна, что даже он не в силах был осознать это.
Уголек погас. Прожег дыру в его сердце и сгинул...
Клим схватился за горло, давя мучительный крик. Глаза вновь обожгло, будто от раскаленных ведьминских игл. Слёзы? Если бы только он смог оплакать ее...
Ворота замка распахнулись, впуская внутрь автомобиль Главного Инквизитора. Драга вышел первым и помог выйти Климу. Грузовик стоял у входа в подземелья. Оперативники, грязные, с потемневшими от копоти лицами, ждали дальнейших указаний.
— Я спущусь, проверю там все, — сказал Драга. — Мы сгрузим
— Да, — ответил Клим и покосился на распахнутое жерло грузовика. — Отпусти ребят. Пусть этим займутся дежурные. Я прослежу тут...
— Хорошо, — Драга похлопал его по плечу и махнул остальным.
Когда Клим остался на площадке один, то сразу же направился к грузовику. В ужасе он смотрел на лежащие внутри коконы, желая и страшась узнать в одном из них Верушку. В его ушах все еще нещадно пульсировало и шумело, мешая услышать хоть какой-то ментальный отзвук.
Взобравшись в кузов, он медленно шел мимо вытянутых серых мешков, когда вдруг один из них чуть дернулся, едва не сбив его спонтанным энергетическим сгустком. В нем не было никаких чувств или приказа — просто дикая чистая энергия, как удар электрическим током.
Клим склонился над телом, готовый в любой момент ударить в ответ. И тут что-то произошло. Он задохнулся от нахлынувшей волны, ухватился за грубую ткань и потянул ее вверх.
Ее светлые волосы превратились в паклю, лицо и руки, испачканные в болотной жиже под воздействием пламени, превратились в глиняную маску. Она застонала и содрогнулась всем телом.
— Верушка! — Недолго думая, Клим подхватил ее и вытащил из кузова. На руках отнес в свою машину и уложил на сидение, на котором совсем недавно лежал сам. Успел захлопнуть дверь, когда вернулся Драга и дежурные.
— Я доберусь сам, — сказал Клим.
— Ты домой? — удивился Драга.
— Да. Ты прав, все может подождать до завтра. Особенно мертвые ведьмы.
Глава 38
Глава 38
Автомобиль мчался сквозь ночной город, но для Клима его завораживающая, чуть замедленная динамика сливалась в одно черно-белое пятно. В голове все еще грохотал колокол, настойчиво повторяющий тот самый ритм, которым полнилось треклятое лесное болото.
Клим смотрел вперед, желая и страшась повернуться к лежащей на соседнем сидении девушке. Он отдавал себе отчет в своих действиях и в то же время, чувствовал себя сумасшедшим. Да, вероятно, так и было — ведь он потерял разум в тот момент, когда увидел ее под дождем. Стась Дым не знал и не мог знать того, что открылось перед Климентием Парром, да и он сам не сразу это понял. Но теперь, рядом с ней, скользя по ниточке своего счастливого безумия, Клим хотел лишь одного — чтобы она очнулась и...
— Я хочу, чтобы ты поговорила со мной... Мне нужно очень многое тебе рассказать. Кажется, я совсем запутался...
Свернув к своему дому, он щелкнул брелоком. Ворота разъехались. Колеса автомобиля зашуршали по асфальту, а свет фонарей заскользил по пыльной глянцевой поверхности, с любопытством заглядывая внутрь.
Отдельный, принадлежавший только ему лифт встретил их зеркальными стенами и гулкой тишиной. Клим прижимал к себе хрупкое тело и никак не мог понять, слышит ли биение сердца той, что лежит у него на руках. Его собственное сердце будто замерло, захлебнувшись в переполнявшей его горечи.
Еще несколько дней назад Клим и подумать не мог, что с ним может произойти подобное. Скорее, он представил бы себе, как ведьмы разрывают его на куски, перед этим выколов глаза, но даже эти картины не вязались в его сознании с тем безумием, что он видел совсем недавно.
Кабину легонько тряхнуло. Клим судорожно прижал свою ношу к груди. Когда он ступил в застеленный серым ковром холл, в кармане завибрировал мобильный телефон.
— Идите к черту... - пробормотал он.
Телефон не прекращал звонить, пока он шел в квартиру, затем через тихое ночное пространство в спальню. Бережно уложив девушку на кровать, Клим наконец взглянул на экран, но тут же отложил телефон в сторону.