– Я прислушался к твоему совету и сегодня оставил комбинезон дома. Пойдем? – Он кивнул в сторону скамеек перед окном.

– Сначала я хотела тебе кое-кого представить, – откликнулась я. – Папа, это Сойер, моя соседка по комнате. Сойер, это мой папа, Стенли.

– А! Я о тебе уже наслышан. – Папа энергично пожал руку Сойер. – Приятно наконец встретиться лицом к лицу.

Сойер казалась совершенно сбитой с толку.

– О… эмм, взаимно.

Папа улыбнулся и после этого зашагал к столику. И я собиралась последовать за ним, как вдруг Сойер ухватила меня за запястье.

– Что? – спросила я.

Она открыла рот и сразу же закрыла. Тяжело сглотнула.

– Ты рассказывала обо мне отцу?

Я нахмурилась:

– Конечно. Я рассказываю ему обо всех своих друзьях.

Ошарашенно моргнув, она отпустила мою кисть. Затем на лице у нее отразилось облегчение.

– А, вот в чем дело.

– А ты о чем подумала? – поинтересовалась я.

Она просто помотала головой и отвернулась. Невольно я задалась вопросом, есть ли у нее вообще друзья, с чьими родителями она знакома. Об этом нам с ней обязательно надо будет поговорить.

В следующий час мы с папой ели свои стейки, и он рассказывал мне, как в данный момент шли дела в мастерской. Я закидывала его вопросами о Морин, и он делал то же самое, желая знать все об Эверли. Как же я любила такие встречи с отцом, особенно когда он настолько счастлив.

– Еще я бы хотел снова поговорить с тобой о прошлой неделе, – произнес папа после еды и вытер рот салфеткой.

– Мм? – Я как раз доедала последний кусочек своего стейка и витала на седьмом мясном небе.

– Я имею в виду Натаниэля, Воробушек.

Мясо внезапно стало похоже на горсть муки́. Я с трудом его проглотила и поспешно запила несколькими глотками лимонада.