Спенсер запыхался и вспотел, но мне было абсолютно наплевать. Я обвила его руками за талию и прижала к себе. Потом встала на цыпочки, чтобы дотянуться до его уха.

– Я наконец-то ему рассказала.

Замешкавшись на секунду, Спенсер ответил на мои объятия и при этом даже немного оторвал меня от земли. И выдавил весь кислород из легких.

– Я так тобой горжусь.

У меня потеплело на сердце.

Он снова опустил меня вниз. Затем подергал пальцами влажную футболку и понюхал себя.

– Прошу прощения, к встрече с будущим тестем я был не готов. Кстати, мистер Эдвардс, отлично выглядите. Хотя мне немножко не хватает комбинезона. По-моему, он всегда придавал вам такой престиж «я-мастер-на-все-руки». – Спенсер усмехнулся и добродушно ткнул папу кулаком в плечо. А после этого опять обратился ко мне: – Мне надо пробежать еще пару миль. Увидимся завтра у Кейдена и Элли?

У меня получилось лишь кивнуть. Спенсер помедлил мгновение, прежде чем поцеловать меня в висок, куда-то между лбом и линией роста волос. А в следующий миг снова убежал. Еще раз оглянувшись через плечо, он вскинул руку вверх. Я слабо махнула ему в ответ.

Привыкну ли я когда-нибудь к его таким разным сторонам? На его плечах лежала такая тяжелая ноша, и тем не менее ему удавалось так легко относиться к жизни. Он был беззаботен, хотя всегда носил с собой огромный груз. Я тоже хотела так уметь. Невзирая на свое прошлое и предательство, воспринимать жизнь чуть больше, так, как это делал Спенсер.

– Полагаю, этот клоун входит в твои планы? – поинтересовался отец.

Я опять взяла его под локоть, глядя вслед постепенно уменьшающейся фигуре Спенсера.

– Теперь я не строю планов на будущее, пап. Я принимаю каждый день таким, какой он есть.

Глава 30

Глава 30

– Я должна вам кое-что сказать.

Элли и Скотт подняли головы.

Мы сидели на полу у меня в комнате и готовились к предстоящему экзамену.

То, что я открылась отцу, высвободило что-то во мне. Казалось, будто веревки, туго обмотанные вокруг моей груди, наконец ослабли. Я смогла дышать свободнее. Тошнота, которая накатывала на меня каждый раз, когда речь заходила о Нейте, исчезла. Я знала, что папа все-таки меня понял. В прошлом году это стояло между нами. Отныне этого нет. Мы с папой по-настоящему доверились друг другу. Он вновь и вновь внушал мне, что очень важно, особенно в отношении настолько значительных вещей, держаться вместе. Теперь я буду соблюдать это правило.

Настала очередь моих друзей. Пришлось приложить сумасшедшие усилия, чтобы преодолеть себя, но я считала, что они заслуживали знать мою писательскую тайну. В конце концов, Сойер и Спенсеру тоже все известно. Им я не рассказывала об этом добровольно, однако их реакция оказалась лучше, чем я когда-либо могла ожидать. Скотт и Элли должны стать первыми, кому я сообщу об этом по собственному желанию.