Нортумберленд, ноябрь 1515

Прошел месяц, и малышка расцвела. Мы нашли для нее кормилицу, и у меня прекратились боли. Лорд Дакр подходит к дверям в мою комнату в сопровождении начальника караула замка и спрашивает разрешения войти. Все идет совершенно не так, как должно было. Меня причастили прямо в кровати, ребенка окрестили в крохотной часовне. Мы сами походили на разбойников, ютясь в этой хибаре в диких приграничных землях. Я разрешаю ему войти. Нет никакого смысла пытаться придерживаться высоких стандартов моей бабушки, пока мы сами живем на положении отщепенцев.

Лорд внимательно смотрит на мое бледное лицо, на нищенство комнаты.

– Ваше величество, я надеялся, что сейчас вы чувствуете себя достаточно хорошо, чтобы отправиться в путь до замка Морпет, где моя жена сможет позаботиться о вас.

Я качаю головой.

– Не думаю, что перенесу эту поездку. Что-то случилось с моими костями. Я уже оправилась после родов, но меня одолевает странная слабость. Я не могу ходить. Я даже не могу сидеть. Лекари из Берика не видели ничего подобного.

– Мы могли бы двигаться медленно и делать частые остановки.

– Я не могу ехать, – повторяю я.

Одна из женщин, которых нашли, чтобы они мне помогали, делает шаг вперед и просто говорит:

– Она не может встать с постели. Ее мучают страшные боли.

Лорд снова смотрит на меня.

– Все настолько плохо?

– Да.

Он некоторое время молчит.

– Ваш брат прислал вам несколько повозок добра, чтобы устроить вас в Морпете как можно удобнее, – потом говорит он. – А королева Екатерина прислала вам прекрасные платья.

Я чувствую, как меня охватывает страстное, непреодолимое желание.

– Екатерина прислала мне платья?

– А еще много, много роскошной золотой парчи.

– Я должна их увидеть. Вы можете привезти их сюда?

– Меня просто ограбят по дороге, – отвечает он. – Но я могу отвезти вас к ним. Если вы найдете в себе силы отправиться в путь, ваше величество.