– Ты отправила его куртку Генриху. Куртку, залитую его кровью.

Повисло долгое молчание. Потом она медленно встала с сиденья с достоинством, которого я не знала в ней раньше.

– Да, – только и произнесла она.

Позади нее все дамы тоже поднялись, потому что никому не дозволено сидеть в присутствии стоящей королевы Англии. Фрейлины переглядываются, и никто не знает, что делать. Я тоже неловко встаю. Они уже уходят? Королева обижена? Я что, посмела поссориться с королевой Англии в то время, как живу в ее доме, в который она меня любезно впустила? В первом достойном жилище за многие месяцы?

– Да, чтобы король Англии, сражающийся за свое королевство, знал, что его северные границы надежно защищены. Чтобы он знал, что я исполнила свой долг по отношению к нему, моему мужу, даже ценой жизни твоего мужа. Чтобы он знал, что английские солдаты одержали победу. И потому что я была рада этой победе. Мне очень жаль, дорогая сестра, но так устроен мир, в котором мы живем. На первом месте для меня стоит мой долг по отношению к мужу, потому что Господь объединил наши судьбы, и никакому человеку не дано встать между нами. Даже любовь, которую я испытываю к тебе и твоей семье, не может встать между мной и моим мужем, королем.

Она сейчас настолько величественна, что я чувствую себя мелочной и грубой рядом с ней. Я и думать не могла, что Екатерина превратится в такую королеву. Я помню, как старалась ее поддеть, пока она была бедной приживалкой при нашем дворе, но не представляла, что в ней могла скрываться такая гордость. Теперь я явственно вижу перед собой настоящую королеву, которая была такой вот уже семь лет, пока я боролась за сохранение своего трона, проигрывала борьбу за власть, выходила замуж за лорда, которого сейчас даже нет рядом со мной.

– Я понимаю. – Мой голос едва слышен.

Она колеблется, словно очнулась и только что увидела себя, гордой, уже на ногах, готовой выйти из моей комнаты.

– Я могу снова сесть? – спрашивает она наконец с легкой улыбкой.

Это весьма элегантный жест, потому что ей не нужны ничьи разрешения.

– Пожалуйста.

Мы вместе опускаемся на сиденья.

– Мы похоронили его со всеми почестями, – звучит ее тихий голос. – В церкви при монастыре. Если хочешь, можешь посетить его могилу.

– Я не знала. – Мне почти удается подавить всхлипы. Сейчас я ощущаю жгучий стыд. – Я об этом не знала.

– Конечно. И я заказала его отпевание. Мне очень жаль. Для тебя это время было невыносимо тяжелым. А за ним последовало другое, еще худшее.

– Говорят, это было не его тело, – шепчу я. – Говорят, его видели живым после Флоддена. На том теле, которое привезли в Англию, не было вериг.