Но как сказать — вот вопрос.

— Знаешь, — проговорил он с кривоватой усмешкой, — если бы ты будила меня после каждого кошмара, я бы нисколько не возражал, чтобы они мне снились. Хоть десять за ночь!

Они все еще смотрели друг на друга, когда неожиданно засигналил его мобильный. Весьма кстати, поскольку его решимость ни в коем случае к ней не прикасаться уже почти растаяла.

— Это ты, Хедли? — Доусон намеренно переключил телефон на громкую связь.

— Я, я… — раздался в динамике голос старого агента. — Я сейчас приеду, не стреляйте.

Не отвечая, Доусон выключил телефон.

— Кстати, — сказал он, — я тут подумал… По нынешним временам тебе следовало бы постоянно носить с собой твой знаменитый перцовый баллончик. И мобильник тоже.

— Насчет мобильника я согласна. Это была моя ошибка. Я не слышала ваших звонков. — Она чуть заметно улыбнулась. — Телефон и перцовый аэрозоль были в сумочке, которую я бросила на лестнице, когда поднялась наверх. Если бы баллончик был со мной, ты бы получил хорошую порцию жгучей жидкости прямо в лицо. Почему ты не назвался, как только вошел в кухню?

— Я боялся, что Джереми… что он может быть с тобой, в доме. А Хедли не хотел, чтобы он догадался о нашем присутствии.

Амелия вздохнула.

— Знаешь, я почти хотела бы, чтобы так и было… Чтобы он наконец появился и чтобы вы… вы его…

— Нет! — с нажимом возразил Доусон. — Нет! Это слишком опасно.

— Зато сейчас все было бы уже позади.

— Ну да, — мрачно кивнул он. — Все было бы позади, вот только ты, скорее всего, лежала бы здесь — мертвая.

ДНЕВНИК ФЛОРЫ ШТИММЕЛЬ

16 апреля 1984 г.