— Снова угрожаешь?

— Ну что Вы, как можно? Вы ведь мой Верховный Эрл. — ехидничаю я, вставая со стула, и становлюсь в упор к нему. — Разве я, как Эрлин, могу Вас ослушаться? — выдыхаю горячий воздух прямо на его оголенную грудь. Туда, где бьется сердце.

Если бы наш разговор можно было бы сравнить со стрельбой, то я выиграла. Попав прямо в цель. Витторио передергивает. Он напряженно сглатывает. Его кадык соблазнительно дергается в этот момент.

— Ну так что? — шепчу я, скрещивая руки на груди.

Хватаюсь пальцами за края платья, будто вот-вот стяну его. Намеренно дразню его.

— Не боитесь, что я соглашусь на первый вариант? — тихо спрашиваю я, заискивающе глядя в его потемневшие глаза.

Он шумно вдыхает. Вижу, как в карманах штанов обе руки сжал в кулаки. Вижу и то, что он страстно желает меня, но отчего-то не позволяет своим желанием взять верх. Только лишь наклоняется, чтобы наши лица были на одном уровне и шепчет мне прямо в губы.

— А ты не боишься, что я не сдержусь сейчас? — произносит угрожающе, — Учти, мне будет не до нежностей тогда.

— Я этого и добиваюсь. — смело заявляю я, но на самом деле очень боюсь, что будет дальше.

Я испытываю некоторый страх перед близостью, но в то же время боюсь, что поединок будет не в пользу Витторио. И тогда… Я даже думать об этом боюсь. Так у меня хотя бы есть шанс урвать себе частичку Витторио — его ребенка. Сейчас как раз лучшее время по моему лунному календарю.

Нордориец не отвечает. Неспешно, тихой, уверенной поступью заходит мне за спину. Наклонятся, утыкаясь носом мою шею, жадно вдыхая мой запах. По-хозяйски стискивает талию. Я невольно вздрагиваю от этого движения, покрываясь россыпью предательских мурашек. Буквально подпрыгиваю на месте. Если не руки Витторио, неистово впивающиеся в мое тело, то я бы, наверняка, подпрыгнула до самого потолка. Он сминает меня, будто я тряпичная кукла, упиваясь моим бессилием. Кажется, еще немного и он зарычит. Его будто и вовсе не тревожат мои чувства. Он сосредоточен лишь на своих желаниях. Его движения совсем не такие, как раньше. Как и обещал — он не будет нежным.

— Хорошо. Ты сама напросилась, Эрлин. — шепчет он кусая мое ухо.

Витторио говорил так, будто все уже решил. Вот сейчас мне отчего-то стало еще страшнее. Я слышала, что это нормально боятся первого соития, но не думала, что к этому еще прилагается такое сильное волнение. При том, что я уже не невинна. Все равно — неведанное пугает.

— Я не хотел этого делать. — расшнуровывает мое платье на спине.

Его движение резкие, нетерпеливые. В них нет и толики ласки.