Друзья хорошенько надавали ему затрещин. Даже Зак. Не сделай они этого, он сам бы себе врезал. Роман много чего в жизни сделал, но он никогда не допускал даже возможности ударить девушку. Но он был так зол, так зол на этого британского поганца, посмевшего целовать Майю, что просто не мог мыслить здраво.
Он в принципе не мог мыслить здраво, когда она находилась рядом.
— Итак, ты собираешься что-то говорить, или ты пришел, чтобы посмотреть, как я ем? — спросила Адриана, откладывая вилку и вопросительно глядя на парня.
— Не знаю. — Роман яростно провел руками по волосам. Он понятия не имел, что чувствовал, но в этом чувстве однозначно не было ничего хорошего. Это было напряженное, тошнотворное ощущение, которое будто проносилось по всему телу, и ничего, что он говорил или делал, не могло эту мерзость унять.
— Я в замешательстве.
— Насчет чего?
— Не знаю! — Он ударил кулаком по перилам, едва заметив вспыхнувшую в руке боль. — Поверить не могу, что сделал ей больно! — Он говорил больше сам с собой, нежели с Адри. — Она наверняка теперь меня ненавидит…
— Наверняка.
Он покачал головой.
— Ты не помогаешь.
Адриана вскинула руки к небу.
— Что, черт возьми, мне еще сделать, Роман?! Я не всесильна, ясно? Я очень, очень старалась помочь вам, но вы оба до жути упрямые! Особенно ты. Сначала я думала, что это работает, но ты со своей ревнивостью и тупой мужской гордостью все разрушил!
Роман так и смотрел на нее, чувствуя, как внутри поднимается тошнота.
— Не понимаю, о чем ты.
Адриана сжала губы.
— Знаешь, что? Забудь обо всем, что я сказала. Ты не заслуживаешь ее. Ей нужен парень, у которого в голове больше одной извилины. Например, Карло.
Роман сжал кулаки. Сейчас имя Карло доводило его до точки кипения. Почему все так восхищаются им?
— Тебе стоит замолчать прямо сейчас, — сказал он сквозь сжатые зубы. — Они просто друзья.
— Дружба может перерасти в нечто большее. — Адриана скрестила руки на груди. — Почему ты такой расстроенный? Мысль о Карло и Майе вместе огорчает тебя? Возможно, это будет не Карло. А кто-то другой, например, Оливер. — Она пожала плечами. — Они были бы милой парой. Уверена, ей понравился поцелуй.
— Заткнись! — огрызнулся Роман. При воспоминании о поцелуе Майи и Оливера у него в животе появилось неприятное, болезненное ощущение.