Глава 34. Последствия “последствий”

— Какой козел позакрывал всех в своих комнатах? — Зло спросил Красавчик, обращаясь почему-то конкретно к Глебу и раздраженно сверкая при этом своими серо-зелеными глазами.

— Спроси у нашей охраны. Чтоб им… — Наполовину недоуменно, наполовину зло произнес Глеб.

— Точно не знаешь? — Саша подозрительно сощурил глаза и, бросив костыль, буквально рухнул рядом с нами. В моей комнате стояла стандартная двуспальная кровать, но для третьего “постояльца” пришлось нам с Глебом потесниться.

Глеб на Сашин вопрос только то ли саркастично, то ли скептически приподнял бровь, отвечая одними глазами, без слов.

— Понятно… — Протянул Саша и улегся на бок так, чтобы оказаться к нам лицом.

— Кто тебя отпер? — Лениво поглаживая меня по плечу поинтересовался Глеб.

— Тим. Сейчас Бориса освобождает. — Сашины глаза следили за движениями руки Глеба и загорались жаждой, темнея от возбужденно расширившихся зрачков. — Я даже не спрашиваю чем вы тут занимались, вы бы хоть проветрили.

Глеб склонился надо мной, проводя языком по шее, от чего пальчики на ногах подогнулись и дыхания участилось. Остроты ощущениям придавали смотрящие уже не на руку Белого, а на меня глаза Саши. Он не сводил взгляда от моих губ, постепенно уменьшая расстояние между нашими лицами.

— А ты не завидуй… — Выдохнул Глеб у самого уха, вызывая мурашки по рукам и неконтролируемую дрожь возбуждения, что расходилась волнами от затылка по всему телу.

— Чему завидовать, если у меня все впереди… — Красавчик говорил уже практически мне в губы, наконец сливаясь с ними в тягучем, словно патока, поцелуе. Так искусно умел целовать только он.

Когда Саша немного отодвинулся, я потянулась за ним, стараясь как можно больше получить от поцелуя. Мягкие губы Красавчика хотелось трогать своими губам и пить ту нежность, что он давал, пока она еще не успела перерасти в жесткую страсть.

Ощущение двух пар рук, изучающе скользящих самыми кончиками пальцев по коже постепенно стало восприниматься, как нечто естественное.

Саша все-таки отодвинулся, спускаясь ниже, на шею, проводя языком между грудей и ниже, до самого пупка, прикусывая животик. Одновременные, более горячие ласки второй парой губ — Глеба — спины, будоражили, заставляя выгибаться в руках мужчин.

Одновременно оказавшие у промежности пальцы, вызывали неловкость, стыд и, противоречиво, более яркое возбуждение. Во мне боролись два желания: оттолкнуть и принять.

О том, что что-то предпринимать уже поздно, я поняла, когда полностью обнаженная сидела на Саше, к нему спиной, оплетая его бедра своими ногами.