– Мы с тобой ужасно поссорились, – сказала Хэтти, не поднимая головы от его груди.

Он погладил ее по волосам.

– В сложившихся обстоятельствах предлагаю перемирие.

Она прижалась к нему, и он обнял ее еще крепче. Был лишь один способ стать еще ближе, но Хэрриет не выказывала желания к нему прибегнуть. Что ж, ссора и правда вышла ужасной.

– Я все думаю, – проговорила она, запинаясь. – Вдруг ты прочел бы письмо Мэтьюса и подумал, что я сбежала, а я бы умерла, не успев рассказать тебе правду?

Плечи Люциана затряслись от тихого смеха.

– Забудь, – велел он. – Я его читал. Совершенно очевидно, что печатала не ты.

– Как ты понял? – спросила она. – Я ведь уже сбегала от тебя – в Драммуире.

– Знаю, – прошептал он. Воспоминание об этом казалось темным, обгорелым пятном. Когда она стала собирать вещи, потаенный страх Люциана потерять свою селки пробудился к жизни. – Письмо Мэтьюса напечатано безупречно, а ты не смогла бы не наделать ошибок даже под угрозой смерти.

– Ой, и правда, – спохватилась она. Люциан провел рукой по изгибу талии, по бедру, чувствуя, как мутится ее рассудок. – Спасена благодаря вербальной слепоте, – наконец пробормотала Хэтти. – Кто бы мог подумать?

Дышала она прерывисто, зубы стучали. Люциан обнял жену, успокаивая и ее, и себя.

– Как ты додумался захватить револьвер? – спросила она.

– В доме было как-то странно, – заметил он. Сам воздух казался встревоженным – Люциан такие вещи чувствовал. – Я поднялся к тебе в комнату, нашел записку Айоф на туалетном столике и подготовился.

Шеи Люциана касалось ее неровное дыхание.

– Так и вижу, как он целится из пистолета тебе в грудь, – прошептала она. – До сих пор чувствую то же самое, что и тогда.

Люциан продолжал видеть, как пистолет направлен в голову ей.

– Мы живы, любимая.

– Даже если так, я всегда буду жить с осознанием того, что без тебя этот мир был бы странным местом, – тихо проговорила Хэрриет, – и никогда не смогу чувствовать себя в нем как прежде.

Мир бы действительно опустел.

Озвучив свои страхи, она успокоилась, обмякла и уснула. Хэрриет не проснулась ни когда он разделся, ни когда прилег с ней рядом уже в халате. Люциан лежал и смотрел, как она дышит.