И теперь она стояла посреди обломков воплотившихся мечтаний, которые еще несколько часов назад выглядели просто идеально.

Я подошел к Шайло, под подошвами ботинок захрустело стекло. Я не знал, что можно сказать или сделать.

– Кто мог сотворить такое? – спросил Руди.

– Надеемся, вы нам сможете это сказать, – проговорил другой полицейский, Мюррей, доставая блокнот. – Вы убрали весь товар с оконных витрин до закрытия магазина?

Шайло кивнула.

– Да.

– Здесь что-нибудь еще пропало?

Она беспомощно уставилась на украшения, лежавшие в разбитых, забрызганных витринах среди осколков стекла. Похоже, некоторые изделия тоже пострадали.

– Не знаю, – медленно проговорила она. – Не думаю.

Он нахмурился.

– Значит, это не ограбление. Просто настоящий погром. Кем бы ни был преступник, он хотел лишь нанести урон.

И мне показалось, что в грудь врезался шар из чистого льда, заставив кровь похолодеть.

«Мы с тобой еще не закончили, – проскрежетал голос в моей памяти. – Ты заплатишь. Я найду способ причинить тебе побольше боли».

Я посмотрел на стоявшую рядом с собой девушку. Именно навредив Шайло, можно было причинить наибольшую боль мне.

«Черт… Вот черт, нет…»

– Как это случилось? – глухо спросила Шайло, она выглядела полностью потерянной. – У меня есть охрана. Камеры и компания. Они должны были мне позвонить…

– Я захватила твой телефон, – вмешалась Летишия, роясь в своей сумочке. – Решила, что он может понадобиться.