– Я скоро вернусь, – сказал Лайон несколько раздраженно.

– Сегодня же! – визжала Нили. – Ты что, не знаешь, что завтра Новый год?

– А первого января моей дочери исполняется год, – твердо сказал он.

– Какого черта! Отпразднуйте сегодня – ребенок все равно ничего не поймет.

– Но я-то пойму. Нили, веди себя прилично. У тебя же приглашения на кучу вечеринок, и кто-нибудь из агентства c удовольствием будет там твоим кавалером. Я вернусь не позже пятого. Мне нужно обязательно побыть здесь до премьеры «Красотки».

Нили презрительно хмыкнула.

– Эта Марджи Паркс – просто нуль без палочки!

– Я видел ее в прошлом году в «Голубом ангеле», – сказал Лайон. – Она очень хороша.

– Только c микрофоном, – настаивала Нили. – Поет она здорово – я же всегда первая признаю, если у кого-то что-то хорошо получается. Она пользуется голосом как музыкальным инструментом. Но оркестр ее просто заглушал, пока не догадались поставить ей микрофон. Она поет исключительно горлом. Так она долго не протянет – сгорит через несколько лет. И со мной было бы так же, если бы Зик Уайт мне голос правильно не поставил.

– В общем, фирма хочет подписать c ней договор, – упрямо сказал Лайон. – И я обязан побывать на премьере.

– Уж не хочешь ли ты сказать, что будешь тратить свое время, обслуживая ее? – Голос Нили сделался ядовитым.

– Конечно же нет. И Джордж не будет. Ей всего девятнадцать лет. Личную работу c ней будет вести Бад Хофф. Женщинам он нравится, и он будет ей хорошей нянькой.

– Твой Бад Хофф – просто манекен, – сказала Нили. – Знай себе сидит и думает, какой он божий дар для всех женщин. Со своими черными костюмами и черными галстуками. Боже ж мой, в вашей конторе у всех мужиков такой вид, словно они в униформе. Впрочем, пожалуй, вам такие мужики нужны… – Нили зевнула. – Наконец-то эти чертовы пилюли действовать начинают. Так когда ты приедешь?

– Самое позднее – пятого.

– Любишь меня?

– Ты же знаешь, – поспешно сказал он.

– А как любишь?

– Ужасно.

– Больше, чем Энн и ребенка?

– Похоже на то. Ладно, Нили, я вешаю трубку. Энн дома. Она может услышать нас.