– Ах, вот как? – Я задумчиво прикусила нижнюю губу. Мы несколько мгновений смотрели в глаза друг другу. Постояв так какое-то время, я повернулась и зашагала к лестнице. – Можете перестать. В ваших устах это звучит… немного странно.

– Слушаюсь, мэм, – отозвался Джек, и я услышала улыбку в его голосе.

Мы поднялись на несколько ступеней, когда он заговорил снова:

– Кстати, на вашем месте я бы все-таки считал это вторым поцелуем.

– Ну, уж нет, – ответила я, поднимаясь по лестнице и ощущая спиной его пристальный взгляд.

Наконец, как следует рассмотрев фотографию и убедившись, что на шее у Луизы, возможно, один из пресловутых бриллиантов, Джек ушел. Если честно, я валилась с ног от усталости. Практически бессонная прошлая ночь наконец взяла свое. Открыв наверху окна, чтобы впустить свежий воздух, я решила не возвращаться в квартиру, а свернулась калачиком на диване гостиной второго этажа – днем я чувствовала себя здесь в относительной безопасности – и тотчас провалилась в глубокий, без сновидений сон.

Не знаю, сколько я проспала. Знаю только, что, когда отец окликнул меня по имени, я в панике соскользнула с дивана и больно стукнулась головой о тумбочку телевизора перед ним. Потирая голову, я сидела на полу и сердито смотрела на отца.

– Пап, я не новобранец. Пожалуйста, больше так не делай.

– Извини, зайка. – Он виновато улыбнулся и протянул мне руку. – Давненько я не отдавал команд. Просто я был слишком взволнован и не стал ждать, когда ты проснешься сама.

Охваченная не меньшим волнением, я позволила ему поднять меня и усадить на диван.

– Выкладывай, что ты узнал, – сказала я, заметив у него под мышкой хумидор. Отец поставил ящичек на стол.

– Мистер Сконьер смог проявить пленку, пока я его ждал. Возможно, потому, что на всей пленке было всего три кадра. – С этими словами отец открыл крышку и, вынув три черно-белых снимка того же размера, что и в альбоме Луизы, протянул их мне. – Скажи, что ты об этом думаешь?

На первом снимке был изображен фонтан. Трава перед ним была подстрижена, и римские цифры просматривались вполне отчетливо.

– Единственное, что бросается в глаза, так это то, что в фонтане нет воды. Он был сухой и когда я впервые пришла к мистеру Вандерхорсту. И мой водопроводчик никак не может наладить подачу в него воды. – Я пристально посмотрела на отца. – Вдруг это неспроста?

Отец вытащил карманный блокнот на спирали.

– Я тут записываю все, что нам удается узнать. Даже если по отдельности все это полная бессмыслица, кто знает, вдруг, когда мы сложим все детали вместе, нам что-то станет понятно.