– Отлично, – сказала я, глядя на следующее фото – снимок напольных часов, рядом с которыми на стене смутно виднелся ростомер. Посмотрев на циферблат, я тотчас заметила, что он не такой, как сейчас.
– Это мы уже поняли, – сказала я, чувствуя легкое разочарование. – Роберт заменил циферблат другим, на который нанесен шифр. Джек сейчас пытается его разгадать. Надеюсь, на третьем снимке будет что-то новое.
Посмотрев на третье фото, я замерла. Это был портрет красивой молодой женщины со светло-коричневой кожей и светлыми глазами, сидевшей на фортепьянной скамье. Она серьезно смотрела прямо в объектив, и на ее полных губах играла печальная улыбка.
– И кто это, по-твоему, такая?
Отец взял у меня фото.
– У нее на коленях лежат ноты песни «О, Сюзанна». Интересно, это что-то значит?
– Думаю, да. – Я сунула руку в задний карман джинсов – своей первой и единственной пары джинсов, купленной по настоянию Софи и Джека, которым надоели мой брючки капри от Лили Пулитцер, – и протянула отцу обрывок конверта.
– Сюзанна Барнсли, – прочел отец. – Это имя мне ровным счетом ничего не говорит. А ведь я перерыл все архивы по этому дому и ручаюсь, что этого имени не встречал. – Напевая себе под нос первые такты песни «О, Сюзанна», он внимательно рассматривал фотографию.
– У Джека есть знакомая в библиотеке. Он сейчас уехал к ней. Вдруг она сможет что-то найти в архивах.
Похоже, я сделала слишком большое ударение на слове «знакомая», потому что отец пристально посмотрел на меня.
– Знакомая? Девушка?
– Не знаю, не интересовалась. – Я пожала плечами и попыталась сменить тему: – Давай лучше посмотрим на письмо, написанное Невину. Хотелось бы перечитать его еще раз. Вдруг мы в первый раз что-то упустили?
Отец вынул из хумидора письмо и протянул его мне. Но, прежде чем я успела что-то сказать, зазвонил телефон. Как оказалось, звонила Софи.
– Привет, Соф!
– Привет, Мелани. Судя по голосу, тебе уже лучше. Как самочувствие?
– Нормально. – Я услышала на заднем плане детский плач. – Ты где?
– В клинике у нас в кампусе. Хочу сделать укол от аллергии на собак.
– Но ведь у тебя нет собаки.
В трубке на миг воцарилось молчание.
– Зато она есть у тебя, Мелани. Мы же столько времени проводим вместе.