– Не торопись, – шепчет он, но сам же нарушает эту рекомендацию, жадно запуская руки мне под юбку и углубляя поцелуй.

– Эй, вы с ума сошли?! – доносится из параллельной реальности. – Дома можете хоть голышом бегать, а здесь другие порядки! Рианна, девочка моя, не ожидала от тебя такого бесстыдства!

Миссис Мэтьюз, работница столовой, гонит нас прочь, лишний раз доказывая, что стоит нам с Чарли поцеловаться, как внешние силы пытаются нас разнять. Нет такого места на земле, где бы мы могли остаться вдвоем.

У нас с Осборном занятия в разных аудиториях, и мы прощаемся в коридоре до 15:15. Но так трудно расцепить руки, что даже костяшки болят. Кажется, уйду – и Чарли исчезнет снова.

Он замечает мой маникюр и спрашивает, поглаживая мои пальцы:

– Что за иероглифы?

– Это означает «мой парень – самый лучший», – гордо произношу. Наконец-то труды Аманды оценены.

– Правда? – расплывается в улыбке Чарли, облизывая губы, на которых остался мой поцелуй. – Откуда ты знаешь? Может, это означает «У горы Фудзияма под рассветными лучами лежит хладное тело старика».

Я смеюсь, качая головой, и ухожу вдоль по коридору. И так легко на душе, что хочется стать актрисой мюзикла и запеть в хороводе с единорогами, которые в этом сезоне заработали статуэтку за лучшую драму.

Стоит мне занять место на последнем ряду в аудитории, как тут же приходит сообщение: «У меня новая заставка». И прикрепленная фотка, мой вид сзади в короткой юбке. Ого! Как-то почти неприлично. С завтрашнего дня возвращаю моду на брюки.

– Рианна, отдай мне свой телефон, пожалуйста, – гремит басом преподаватель по математике, и я вспоминаю, где нахожусь. Супер. И как дожить до трех часов, зная, что Чарли совсем рядом, а я ему даже смс-ку не могу отправить? Всего два часа, но это же почти вечность.

Десять минут я слушаю преподавателя, то и дело глядя в окно, а еще через пять раздается стук в дверь.

– Простите, сэр, но мисс О’Нил вызывают к директору.

– Ну что ж... Конечно, пускай идет, – преподаватель раздраженно взмахивает рукой, давая позволение, и я, сомневаясь, что успею вернуться в аудиторию до конца занятия, беру с собой рюкзак, на котором бренчат фигурки «Марвел».

В кабинете мистера Хопкинса – небольшое собрание, и я теряюсь в первую секунду, поэтому опускаю взгляд в пол и робко сажусь на деревянный стул. Помимо меня, в комнате находятся Джейсон Осборн, мистер Килмор и Чарли.

– Не беспокойся, Ри, мы пытаемся объяснить отцу Чарли, почему его сын получил ранение, вместо того чтобы готовиться к экзаменам, – говорит директор, и в голосе проскальзывают ледяные иголки. Они направлены не на меня, а на Джейсона, значит, директор ощутил ту же волну раздражения от старшего Осборна, что и я. Да и какой еще родитель беспокоился бы об экзаменах, когда сын чуть не погиб?