– Не помню, чтобы у тебя был младший брат.

– Он тогда пешком под стол ходил.

– Вообще-то мне было восемь! – возмутился Дункан.

– Слушай! – Дэйв повернулся ко мне всем телом, словно в голову ему только что пришла некая мысль. – Я всегда хотел извиниться за то, как поступил с тобой в школе.

Это меня ошарашило:

– Вот как?

– Поверить не могу, что забрал у тебя букетик.

– Это все, что ты помнишь? Только букетик?

Дэйв улыбнулся.

– Хорошо. – Он пожал плечами. – Поверить не могу, что и все остальное сделал.

– Думать надо было! У тебя же мама в Американской федерации планирования семьи работала!

– Мне вообще во многих отношениях думать надо было.

Я отмахнулась от извинений.

– Ты был ребенком, – сказала я. – Дети – идиоты.

– На самом деле, – подчеркнул Дункан, – взрослые – тоже идиоты.

– Согласна. – Я наставила на него палец, как пистолет. – Весь род людской – сущие идиоты.

Я оглянулась и посмотрела на Дэйва:

– Извинения приняты.

– Круто. – Он выставил вперед кулак.

Поскольку ничего лучше я не придумала, то стукнула по нему своим.