— Нет…нет, не-ет, — я с трудом вырываюсь из объятий очередного кошмара, проводя ладонью по мокрым щекам. Снова плакала во сне.

Мысли в голове текут вяло, и я лишь могу отмахиваться от тех, что сильнее всего причиняют мне боль. Ложусь обратно в кровать, натягивая на голову одеяло, словно оно поможет мне отгородиться от прошлого и мыслей о нем. Не мигая, смотрю в темноту ночи, раз за разом прогоняя в памяти события, произошедшие за последние пару месяцев.

Те две недели, ставшие для меня самыми счастливыми, останутся лишь воспоминанием. Безоблачное счастье, парение без крыльев… я могла бы подобрать множество эпитетов, но… реальность настигла слишком быстро, а ванильно-розовые мечты снова разбились, причиняя неимоверную боль.

Я перевернулась на другой бок, поджимая под себя ноги. А ведь я, и правда, надеялась, что черная полоса миновала мою жизнь, что теперь, с появлением в ней Севера все изменится. Ведь я полюбила, по-настоящему, как и мечтала. Гореть…а не тлеть. Вот и сгорела, — мысленно усмехнулась тем надеждам, что не суждено было сбыться.

«Ты же знаешь, что Севе нужна операция…»

"…ребенку нужен отец…«

Нет, уверена эта последняя фраза, сказанная мне в… моем то ли сне, то ли бреду, могла быть лишь плодом моего больного мозга. Ведь никогда, ни в каком страшном сне мой Север не поступил бы со мной так. Да и эта девушка… Марина, кажется, вряд ли была бы со мной настолько откровенна. Скорее, это я уже в какой-то момент все решила для себя…

Я потерла ладонями лицо, прогоняя остатки сна. Какой смысл мучиться, пытаясь уснуть снова, если через несколько часов мне предстоит очень важная встреча? Встреча, от которой будет зависеть все мое, да и не только мое, будущее. Нужно быть готовой к тому, что там окажется еще один человек, помимо… моего отца.

Я прошла на крошечную кухню, решив сварить себе кофе. Достала турку и банку с молотым кофе, вдохнула аромат. Его подарил мне Север, когда мы только собирались в поездку к его родителям. Признался, что это его любимый сорт, и теперь этот аромат навсегда у меня будет ассоциироваться с его улыбкой и теплым карим взглядом. Снова волной нахлынули воспоминания, заставляя едва не задыхаться от боли и чувства безысходности. Где я ошиблась, и мне опять приходится проходить повторно тот же урок?

Сначала мне казалось, что я быстро нашла общий язык с родителями Севера. Несмотря на строгость во взгляде его отчима и пристальный, оценивающий взор его мамы, они довольно приветливо отнеслись ко мне. Их даже не удивило то, что Север рассказал о нашем желании пожениться. И пока я краснела, бледнела, заикаясь и отводя взгляд, Андрей Ильич постановил: