— Какая ты вредная, выскочка... Как же любишь всё усложнять... Как же любишь ты всё надумывать..
И пока я растаптываю в себе желание громко возмутиться, он всё же приподнялся и коснулся моей лодыжки, тут же сковав её.
— Эй! — Чуть не вскрикнула, но столкнулась с его выставленным возле губ пальцем.
Едва слышно прошептал.
— Ты предупреждена.
— Рашевский... — Прошипела в ответ, вцепляясь в его руку на ноге. Хватка всё сковывается, а взгляд становится всё ближе и ближе. — Артём..
Нет, ну это ни в какие ворота... Под ним уже и диван скрипнул, и часть спальника давно спала, явив мне во тьме ночного дьявола, не иначе..
— Хватит придумывать, глупая.
Глупой меня будто не называли, ха! Да вот тебе... Но он вдруг выдохнул и резко отстранился, даже руки свои загребущие убрал за спину, от чего тело тут же сковал холод вместе с подступившей робостью.
— Повернись к Никите, потом ко мне, далее подумай наконец своей умненькой головой и ответь сама себе, я стану рисковать психикой ребенка, пытаясь переспать в первый раз с кем-то в одной комнате с сыном?
Стало совсем не уютно..
— Верно. У тебя минута, Котова, дальше не буди.
И лёг, понимаете ли, обратно, ещё и отвернулся опять, вздохнув так, что у меня сердце "отдышалось немного и снова пошло"*
Очень глупо продолжить сидеть и делать вид, что меня всё устраивает? Очень глупо будет поверить... или он сказал правду?
Ну, Свет, а чего ты собственно хотела, соглашаясь идти не пойми куда со взрослым мужиком и его ребенком... Я надумала, да? Ха... Я запуталась.
Да почему все так сложно!?
Прикусила губу, посмотрев на Никиту, что всё также мирно спит рядом, спустилась взглядом к его отцу, медленно скользя по спине. И почему сердце дёргается от его еле слышного вдоха. Положил руку под голову, вторую опустив перед собой. А я продолжаю сидеть и думать о каких-то глупостях, которые без него мне все равно не понять.
Прошло уже явно больше минуты, вновь прикусила губу и всё-таки соскользнула вниз.
Легла рядом, едва решившись положить руку на бок. Вздохнул и вдруг развернулся.
— Свет...