Но она и не догадывалась, что он всего лишь взял паузу...

Довлатов ждал сигнала от нее... Он знал — она уже принадлежала ему. Ей оставалось самой это осознать.

И именно ее невинность не давала ему покоя. Только ее...

Он точно спятил. Помешался капитально.

Глава 29. Темное время

Глава 29. Темное время

Наши дни

Как и следовало ожидать, к обеду следующего дня пикантное видео с участием Лины и Севера разлетелось по молодежным чатам подобно вирусу.

Наверное все, кому не лень, видели ее топлес. Все, кому не лень, начали писать ей в личку. Кто-то с похабными предложениями, кто-то спрашивал сколько она берет за ночь, а кто-то ограничивался банальными "шлюха" и "потаскушка".

Шлюха и потаскушка — стали своеобразным клеймом, с которым ей придется существовать на этом свете. Именно существовать.

А вот Довлатова все без исключения величали "капитальным красавчиком" и никак иначе.

Надежде пришлось удалить все странички дочери из соцсетей, а также заблокировать ее номер телефона.

Сама она не могла с этим справиться. Ей невыносимо больно было даже дышать. Плакать уже было нечем. Размышления также причиняли ей вред.

Если ее и посещали какие-то мысли, все они кружились вокруг суицида.

Она не хотела жить. Больше не хотела. Не видела смысла.

Боль росла. Она уже была настолько огромной, что отзывалась эхом внутри нее. Она напоминала о себе при каждом вдохе. Потому Лина старалась дышать гораздо реже. Боль оставалась с ней во сне. Сроднилась с ней, и каждая последующая секунда была хуже предыдущей.

Отныне в ней работала только одна программа. И называлась она программой самоуничтожения.

— Родная моя, прошу тебя, поешь, — упрашивала родительница, присаживаясь на кровать рядом с неподвижным телом дочери.

Свернувшись калачиком, Лина смотрела на стену совершенно пустым взглядом. В этой девочке исчезла тяга к жизни, что не могло не пугать Надежду.