Милая Хлоя, я знаю, тебе сейчас тяжело, так же, как и всем им. И мне хотелось бы броситься к тебе прямо в этот поздний час, крепко-крепко сжать тебя в объятиях и расцеловать, вот только не хочу попросту будить. Ведь ты ни о чем еще не догадываешься. Не подозреваешь даже, лежа в уютной постели, что в соседней комнате я пишу свою прощальную записку, и все будто бы как обычно — кружка горячего шоколада, два фантика и небольшая черничная печенька, которой ты меня угостила перед ужином — но я уже исчезаю, перенося последние свои мысли на бумагу. Пожалуйста, обещай мне, что будешь самой сильной в Масачусетсе, да и во всех штатах Америки тоже, что не позволишь сломать себя игре чувств, а будешь до конца бороться с ними и становиться от этого еще крепче духом. Влюбись, ведь что может быть лучше бесконечных приятных тревог влюбленной девушки; побалуй себя тем самым мятным коктейлем в Старбаксе, который ты давно уже хотела испробовать и все никак не находила недостающего цента; забреди в парк аттракционов и ощути себя снова беззаботным ребенком, чья голова кружится от радости и хлещущего по горячим щекам ветра, а горло срывается в восторженном крике радости. Сделай так, чтобы никто не мог похитить эту искру из твоего сердца, и тогда всю оставшуюся жизнь ты будешь проживать так, словно впервые открыла глаза и увидела рассвет Бостона.

*** Джек ***

Признаться честно, никогда не думала, что мы станем близки настолько, что я и тебе посвящу отдельную часть прощальной записки, а все же мне есть, о чем сказать. Я долго гадала, как бы правильнее выразить томящуюся в голове мысль, обыграть ее полу-красочно, полу-грустно, и вот мое признание тому Джейкену, который поселился в сердце навсегда и столько раз заставлял его надрываться в радости и рыданиях.

Я хотела помочь тебе, правда, и делала для этого все возможное, но… усилий оказалось недостаточно, верно? Меня недостаточно… Поначалу мне было страшно даже, ведь я думала, что ты в меня влюблен, но потом спросила себя: «Рэй, как ты можешь задумываться о таких глупостях? Когда любишь, показываешь лучшую часть себя, отдаешь все, что имеешь, и чувствуешь в животе тех бабочек, которых все с таким восторгом описывают в любовных романах. А что мы? Быть может, я и успела влюбиться в то, что ты так тщательно скрывал и не желал мне показывать, и все же это ни капли не то, а другое, знаешь… Это как кофе с молоком, и его можно разделить на двоих, утопая в нежности момента, а мы с тобой пили, машинально протягивая руки к остывающей кружке и делая крошечные глотки горьковатого напитка, в то же время думая о своем и не говоря ни единого слова в течение многих часов. Или те же самые объятия, в которых одни находят ласку и чувства, а мы лишь поделились тем, что было крайне необходимо обоим; как будто что-то хорошее переселилось из одной груди в другую, и каждым сумел почувствовать это уютное тепло, разливающееся по уставшему телу». Правда, я выразила это немного другими словами, но смысл сохранить удалось и здесь, в этом ничтожном клочке бумаги, который ты может даже и не увидишь из-за предусмотрительности моих близких. Но я уверена, тебе и так все известно, Джейкен. Даже чуть больше нужного, но речь сейчас не о том.