Затем задумываюсь на какое-то мгновенье, что совершаю большую ошибку… Либо выживем все, либо никто. Гордеев никогда не упустит своей выгоды в сложившейся ситуации.

Когда Вадим, крадучись, подходит ко мне, я напряженно замираю, перед этим боязливо дернувшись и прижав гаджет к груди. Парень садится рядом и хищно смотрит на меня и его телефон в моих руках. Аккуратно забирает телефон, читает сообщение и выключает, пряча его в свой карман. Ожидаю обвинений, но ничего не происходит, только моё сердце больно трепыхается в груди.

— И каков твой план? — интересуется парень.

— Он в меня не выстрелит, и не даст такого приказа охране. Максимум — ранить, если будет веский повод. Тебе нужен бронежилет, ты станешь живой мишенью для Максима. И так как наше положение не слишком выгодное, мы можем подкупить несколько охранников. Подкуп здесь — стандартная вещь. Мы нуждаемся в любом прикрытии. Я думаю, что моих наличных хватит на тройку вооруженных ребят, но надо решить, как они нам помогут, а не посадят на цепь перед Гордеевым, — быстро протараторила я.

Вадим кивнул, словно давая возможность говорить дальше.

— У тебя несколько пистолетов, один отдашь мне. Не беспокойся, брат научил меня обращаться с огнестрельным и одно время хорошо тренировал. Дальше тебе не очень понравится то, что я скажу, но ты должен выслушать меня и довериться, — я смотрю на парня, который хмурится с каждым моим словом все мрачнее. — Тебе нужно пригрозить ему моей смертью и сделать это по-настоящему. Ударишь и подстрелишь меня, этим покажешь всю серьезность своего намерения Максиму, он отступит. Гордеева это насторожит. Затем заберем Эльдара на твоих условиях и улетим. Все равно других вариантов нет.

— Я тебя не подстрелю. Что за рьяное желание быть убитой или пострадать? — раздражается Волков, ударив руками по капоту. Я нахмуриваюсь, сцепив кулаки. — По протоколу, который составил Эльдар с Андреем я должен увезти тебя, как только выпадет такой шанс, и никакие форс-мажоры не учитываются. Нужно было внимательно читать мои чаты с твоим братом!

Взбесился.

— Я не оставлю здесь полковника наедине с этим чудовищем! Он помог мне! — срываюсь я, вскрикивая и спрыгивая с капота, устремив свой негодующий взгляд на парня.

— В этом и дело — он помог! И я помогаю. А ты хочешь обратно в лапы к этому тирану и нашей смерти. Ошибки прошло тебя ничему не научили! Что тогда ты подставилась, сдавая ему все компроматы, что сейчас хочешь того же — пожертвовать своей жизнью. Я запрещаю! И в этот раз, Яра, ты будешь делать так, как я говорю, — повышает он голос в ответ и едва контролирует себя в ярости, которая заклокотала внутри него. Он так не бесился, даже когда я устроила заминку в торговом центре или накричала на него на пристани. — Или ты так сильно хочешь сдохнуть? Никакого плана не будет. Как только самолет окажется здесь — мы сядем и улетим.