Мой отец выпустил мою руку и встал передо мной. Наверняка он хотел как-то успокоить меня, но я не дал ему этой возможности. Я сел в машину и уехал.

Я поехал в бар, но вместо того чтобы войти туда, постучал в заднюю дверь к Роману. Я стучал и стучал, пока он не открыл мне. Он казался сонным, но, увидев мою разбитую губу, сказал: «Вот черт», отступил в сторону, впустил меня и поднялся по лестнице вслед за мной.

Я зашел в кухню, взял бумажные полотенца и вытер кровь с губы.

– Что случилось?

– Я провел ночь у Кенны. А Ландри об этом узнали.

– Это сделал Патрик?

Я кивнул.

Роман прищурился.

– Но ты же не дал ему сдачи, да? Ему лет шестьдесят.

– Конечно, нет, но не из-за возраста. Он чуть ли не сильнее меня. Я не дал ему сдачи, потому что это заслужил. – Я отнял ото рта пропитавшееся кровью полотенце. Я прошел в ванную и посмотрел на себя в зеркало. Глаз выглядел не так уж страшно. Наверное, будет синяк-другой, а вот губа была разбита изнутри. Наверное, он ударил меня так, что я прокусил ее. – Черт. – У меня изо рта лилась кровь. – Наверное, придется зашивать.

Роман осмотрел мой рот и кивнул.

– Да, мужик. – Он взял чистую тряпку, намочил ее, дал мне и сказал: – Поехали, отвезу тебя в приемный покой.

38 Кенна

38

Кенна

Слегка пританцовывая, я вышла из магазина и сразу же заметила на стоянке грузовик Леджера.

Он тоже увидел, что я вышла, и поехал по стоянке, чтобы забрать меня. Я вскочила в машину и потянулась поцеловать его через сиденье. Он не повернулся ко мне, и мои губы скользнули по его щеке.

Я бы села посередине, но его консоль была опущена, и в подстаканнике стоял стакан с чем-то, так что я села на пассажирское место и пристегнулась.